— Вот чёрт. — Выдыхает он, глядя на сломанную дверь. — Теперь придётся менять.
Я отступаю к окну, сердце колотится как бешеное.
— Ты спятил? Совсем с ума сошёл?
— Возможно. Пожимает плечами и входит в комнату. — Но мы должны были поговорить. Но ты заставила меня пойти на крайние меры.
Ну конечно! Это я во всём виновата.
— Убирайся вон!
— Нет. — Он закрывает за собой сломанную дверь, хотя теперь это больше символический жест. — Я пришёл объяснить тебе всё как есть. И ты меня выслушаешь.
Сажусь на кровать, подтягиваю колени к груди. Чувствую себя загнанным зверьком. Меньше всего мне сейчас хочется слушать его оправдания.
— Мне всё равно, что ты скажешь. Сделанного не вернуть.
— Ярослава, тебе придётся со мной поговорить.
Дамир садится в кресло напротив, проводит руками по волосам.
— Три месяца назад наши дела пошли под откос. Хаджиевы перекрыли нам два крупных контракта, подкупили наших партнёров. Мы теряли влияние, деньги, связи.
— При чём тут наш брак?
— Отец во всём винил меня.
— Винил тебя? — Не выдерживаю.
— За то, что я женился на тебе, а не на их дочери. — Смотрит мне в глаза, как будто я должна его пожалеть, но мне не хочется его жалеть. — За то, что вместо мира между кланами устроил войну.
Но всё-таки в груди что-то сжимается. Значит, и правда всё из-за меня?
— Ярослава, я видел, как он умирает от стыда и бессилия. Мой отец, который никого никогда не боялся, постарел за три месяца.
Похоже, что он говорит правду, по крайней мере, ту правду, в которую сам верит.
— И что, решил исправить ошибку?
— Я решил спасти семью. Хаджиевы согласились на мир только при одном условии — брак с их дочерью. Настоящий брак, оформленный официально.
— Обо мне никто не подумал.
— Нет, ты останешься моей настоящей женой. Единственной женщиной, которую я люблю.
— Дамир, ты обещал той девушке быть её мужем!
— Всё будет формально, с ней у меня ничего не будет, понимаешь? Ничего.
Смотрю на него как на сумасшедшего. Что он такое говорит? Как это вообще возможно?
— Неужели она согласилась на такой странный брак?
— Амина понимает ситуацию. — Уклончиво отвечает и понимаю, что он что-то не договаривает. — Она умная девушка.
— То есть ты не говорил ей, что собираешься игнорировать её как жену?
Дамир отворачивается, и я понимаю — конечно, не говорил.
— Слушай, Ярослава. — Муж снова поворачивается ко мне, и в глазах читается отчаяние. — Я знаю, это безумие. Но другого выхода не было. Мне нужно, чтобы ты мне помогла.
— Помогла? Ты просишь моей помощи после такого унижения?
— Сделай вид, что принимаешь ситуацию. Будь дипломатичней с Аминой, покажи семье, что мы справляемся. Дай мне время всё уладить.