– Как обычно случается, – в ее голосе появляется горечь. – Мы не предохранялись. Ты помнишь хоть что-нибудь из той ночи?
Помню ли?
Обрывки. Вспышки. Ее кожа, ее губы, безумие, которое накрыло меня с головой. Но деталей нет, алкоголь стёр их.
– Мало, – признаюсь я тихо. – Я был пьян. Это не оправдание, просто… я почти ничего не помню.
– Вот и я надеялась, что ничего не случится, – Вика складывает руки на столе, пальцы сплетены так крепко, что побелели костяшки. – Но случилось.
Официантка подходит к нашему столику, улыбается профессионально:
– Что будете заказывать?
– Кофе, – говорю я машинально. – Двойной эспрессо.
– Мне травяной чай, – Вика смотрит на официантку с извиняющейся улыбкой. – Мятный, если есть.
Официантка уходит, и мы снова остаемся вдвоем. Тишина давит, как физическая тяжесть.
– Что ты собираешься делать? – наконец спрашиваю я, хотя боюсь ответа.
Вика смотрит в окно, где уже сгущаются зимние сумерки.
– Не знаю, – говорит она медленно. – Думала о прерывании. Даже записалась в клинику. Но потом… – она кладет руку на живот, еще плоский, и в этом жесте столько беззащитности, что у меня сжимается сердце. – Не могу. Понимаешь? Знаю, что всё сложно, что неправильно, но это ребенок. Живой человек. Я не могу просто… избавиться.
Я чувствую, как стены смыкаются вокруг меня. Если она оставит ребенка, это значит…
– Лена, – выдыхаю я. – Ты расскажешь Лене.
– Нет, – Вика резко качает головой. – Нет, я не хочу ей рассказывать. Это убьет ее. Убьет наши отношения. Мама… представляешь, что будет с мамой, если она узнает?
– Тогда что? – я наклоняюсь через стол, голос срывается на шепот. – Как ты собираешься скрывать беременность? Роды? Ребенка? Вика, это невозможно!
– Я переезжаю, – она говорит быстро, словно боится, что не успеет выговориться. – У меня есть вариант работы в другом городе. Скажу всем, что нужна перемена обстановки, карьерный рост. Уеду до того, как живот станет заметным. Рожу там, останусь на какое-то время. Потом вернусь с ребенком, скажу, что отец – мужчина из того города, но мы расстались.
План звучит абсурдно, но в то же время… возможно? Моя голова пытается просчитать варианты, найти дыры в логике, но мысли путаются.
– И чего ты хочешь от меня? – спрашиваю я, хотя уже догадываюсь.
Официантка приносит заказ. Я обжигаюсь эспрессо, глотаю горькую жидкость, не чувствуя вкуса. Вика медленно помешивает чай, не поднимая глаз.
– Денег, – говорит она наконец. – Мне нужна финансовая поддержка. Съём жилья, врачи, роды, потом ребенок… это дорого, Кирилл. Я не потяну одна.