Расширю, как же. Смотреть на покрытое маслом тело накаченного Маугли нет никакого желания. Скольжу взглядом по залу и замираю. Тая сидит на другом конце, с подругами-змеями. И смотрит прямо на меня.
Таисия
Каждое утро не похожее на предыдущее. Просыпаюсь, смотрю в высокие окна, выходящие на сад, и понимаю, что дышится легче. Всё постепенно отступает, растворяется во времени, не зря говорят, что оно лечит. Почти год прошёл, и теперь наконец я могу посмотреть со стороны на всё, что пришлось пережить. Даже потеря ребёнка уже не так болит, хотя каждая прерванная жизнь будет со мной до конца. Иду дальше, не останавливаясь, больше не оглядываясь назад. Совсем недавно окончательно разделили имущество, после продажи дома на счету приятная круглая сумма. Этот дом я решила не покупать, сняла. Решила, что не стоит пока цепляться за одно место, проще быть перекати-полем, может, начать путешествовать?.. Не хочу обманывать себя: в Москве мне тяжело, слишком много знакомых, общих. Слишком много мест, с которыми связано некогда счастливое прошлое.
Всё больше склоняюсь к мысли, что надо уехать. Не бежать, нет – именно двигаться вперёд. Тогда я уехала в Италию зализывать раны, а сейчас хочу, чтобы вокруг было всё новое. Новые лица, новые цели, новая жизнь. С Владом мы расстались. Не врагами, нет, просто он вернулся в Италию, а я отказалась с ним ехать. Обиделся. Наверное, думал, что названивать стану или приеду. После недели тишины позвонил сам.
– Тай, прости. Я вспылил. Может, всё-таки не будем так рвать?
– Да нечего рвать, – мне даже смешно стало. – Спасибо, что ты был со мной, был в моей жизни. Но думаю, на этом всё.
– Ты разрешишь иногда тебе звонить?
– Зачем? Знаешь, что я поняла? Надо уметь вовремя отпускать.
Так и есть. Руслана я окончательно отпустила, когда поставила последнюю подпись в бумагах о разделе. Мама сказала, что теперь наконец могу расправить крылья. Так и есть. Расправила и готова взлететь.
Девчонки затащили в клуб на Восьмое марта с двумя целями: отпраздновать мою свободу и просто оторваться от души. Я возражать не стала. Вернулось желание ходить в шумные, многолюдные места, общаться с людьми. Коктейль за коктейлем, Соня уже вовсю томно улыбается двум брюнетам за соседним столиком. Кира ворчит, что в ней ещё слишком мало алкоголя для приключений. Я с ней согласна. Скольжу взглядом по залу, хмыкаю, когда Соня громко улюлюкает – на сцену вышел первый стриптизёр. Девочки серьёзно настроены как следует сегодня оторваться!
Мне приносят новый коктейль, делаю глоток и замираю. Взгляд цепляется за слишком привычный разворот плеч. Белая рубашка светится в неоне, глаза впиваются в меня. Выпрямляюсь, расправляю плечи, улыбаюсь и салютую бокалом. Он пришёл найти новую болонку? Вдвоём со Славой, но за столиком больше никого. Не всё ли мне равно?