Но все двадцать лет, живя с нелюбимым мужем, она вспоминала о моем папе, даже не надеясь что они однажды встретятся. Но каждый день об этой встрече мечтая.
В этот момент папа перебил Любу и, покивав, вдруг выдал, что и он не мог забыть ее. Искал, спрашивал, даже будучи женатым на моей маме. Но судьба была против влюбленных.
– Арсений, милый, – ответила Люба, поправляя длинные темные кудри, – И хорошо что ты не нашел меня тогда. Мой муж был тираном. Он бы скорее убил меня, нежели отпустил. Он в жизни не дал бы развод!
– Я бы с ним разобрался!
– Нет, не разобрался бы… Знаешь какие у него связи были?! Он до последнего, даже когда мы уже жили в разных комнатах, угрожал мне что если я от него уйду, он найдет меня и убьет! – ее карие глаза наполнились гневом, а я подумала, что это очень страшно, когда ты всю жизнь живешь с таким абьюзером.
– Нельзя так говорить конечно, – ответил папа, – Но туда ему и дорога! Урод! Я знаю что он поднимал на тебя руку! Хотя ты это и отрицаешь! Так что сдох он…
Я не могла не согласиться с папой, даже закивала.
– Не говори так! – на глазах Любы вдруг появились слезы, – Он конечно был далеко не подарком, но он уже умер. А про мертвых плохо не говорят…
– Про мертвых не говорят или хорошо, или правду! – с возмущением парировал отец, – Ты слишком добрая, Люба, поэтому всю жизнь тебя все и используют. Циничнее надо быть, умнее.
Он горестно вздохнул. А я смотрела на эту красивую стройную женщину с оленьими глазами и думала: ну как она может быть циничнее? Она не такая.
С мужем жила Люба плохо. Он хоть и был при должности, но начал пить, с каждым годом все больше. Последние полгода он стал совсем плох. И она за ним ухаживала, пыталась до последнего вытянуть из его зависимости… Но не смогла. В итоге он умер от инсульта.
Я считаю что люди, которые так губят свою жизнь, и не только свою, но и окружающих, достойны только презрения.
В тот день мы разговаривали часа два, а когда я вернулась с отцом домой, мы оба соврали матери, что я знакомила отца со своим новым другом. Мама сильно удивилась что ее не пригласили участвовать в этом, но подозрений у нее в тот день не возникло. А меня распирало от осознания, что у меня с отцом на двоих есть страшная, взрослая тайна.
С того дня, каждую неделю, по субботам, мы проводили с Любой время. Только уже не в кафе, а у нее дома. Первое время меня удивляло, что в ее достаточно неплохой трехкомнатной квартире ужасный ремонт. Точнее, и вовсе ремонта нет. Плюс везде какой-то хлам, да и мебель из прошлого века. Это очень контрастировало с образом самой Любы. Она-то рафинированная, стильная…