– Бубльгум, я хоть и не на грани смерти, но ты должна исполнить моё желание, – шепчет Лис мне на ухо.
– Да.
– Не слышу.
– Да!
– Громче!
– Да, да, да, хитрюга! Люблю, люблю, люблю тебя!
Шершавые пальцы разворачивают моё лицо и горячие губы накрывают мои. Я снова реву, делая поцелуй солёным.
– Ты такая красивая, когда плачешь… Это я тебя люблю, Бубльгум.
Дорогие читатели!
Спасибо, что прочитали эту книгу!
Я писала ее, обращаясь к своему опыту взаимодействия с детьми с расстройством аутистического спектра. Спектр широк и все дети, люди в нем разные. Не всем удается реабилитироваться настолько же хорошо, как Боре. Пожалуйста, будьте терпимее к особым деткам и их родителям, позвольте им тоже стать полноценными членами нашего общества.
Спасибо!
Благодарность!
Наташа, если ты читаешь этот абзац, значит, ты все-таки исполнила свою угрозу и прочитала мою книгу! Спасибо! Без твоей бесценной информации я бы не знала многих нюансов работы детской секции хоккея московского ЦСКА. Надеюсь, твои пацаны вырастут крутыми хоккеистами и смогут с честью отстаивать гордость страны в самых важных спортивных сражениях. Люблю тебя, Натали!
– У тебя бывало ощущение, что с завтрашнего дня твоя жизнь изменится бесповоротно? – Спрашивает меня Вика.
Мы стоим в моей гардеробной – просторной, светлой, такой, где можно разложить все туфли, сумочки по полочкам, как на витрине, а все мои платья, блузки и брюки повесить на отдельных вешалках. Когда мы искали себе новое жильё, моими главными требованиями были большая детская и большая гардеробная. Вот такой каприз. Могу себе позволить.
Кружусь перед зеркалом в своём свадебном платье. На этот раз я не стала выбирать белое – было бы глупо, с девятилетним-то сыном. Я купила светло-голубое, расшитое стеклярусом, с открытой спиной и прозрачной сетчатой юбкой на голубом подъюбнике в пол.
– Уверена, что жизнь с Никитой каждый день будет приносить мне неожиданности и я с нетерпением их жду, – улыбаюсь, вспоминаю нашу ночь накануне свадьбы.
Вика роется в бабушкином ридикюле и достаёт броши, которые, на её взгляд, подошли бы к моему наряду.
– Вот это, как пёрышко, с белыми камушками, – указываю пальцем я.
– Машка, ты носила эту красоту к ювелиру? – спрашивает Вика, любуясь винтажными украшениями. – Мне кажется, тут есть настоящие драгоценности.
Прикрепляю перо к краю выреза и глажу сверкающие… бриллианты? Цирконы?
– Мне не важно, Вик. Они всегда будут для меня бесценными. Олицетворением семьи, о которой я так мечтала.
Подруга с небольшим усилием поднимается с банкетки и помогает прикрепить к волосам фату.