– Тебя там вообще никогда не было. В регистратуре при мне удалили твои данные из базы. Держи, – протягивает он мне букетик подснежников. – Я как та девка из «Двенадцати месяцев» их по всем лесам искал и нашёл в цветочном приложении.
Положив тетрадь и букетик на стол, я накрываю их пальцами. В голове шумит ещё сильнее.
– Маш? – Никита заглядывает мне в лицо. – Ты теперь можешь развестись в любой момент. Этот козёл больше не сможет тобой манипулировать.
Я зажмуриваюсь, но тут же чувствую, как к лицу прикасается мозолистая рука.
– Маш? Пойдём отпразднуем?
С трудом растягиваю губы в улыбке.
– Никита, я сейчас хочу одна побыть.
– В чём дело, Бубльгум? Ты не рада?
– Я очень, очень рада!
– По тебе не особо видно.
Палец гладит мою нижнюю губу.
– Никита. Просто… я уже почти всё сделала сама. Андрей допустил ошибку, и я воспользовалась возможностью. Блестяще, должна сказать. Он у меня теперь и так в кулаке.
– Это зря, что ли, я к Ракитину на дачу ломился? – Никита склоняет голову набок.
– Может, и зря. Ты немножко смазал мой триумф, Ник. Надо было посоветоваться со мной, прежде чем делать такие шаги.
– Как же советоваться, если ты меня так и не разблокировала? И на чужие звонки не отвечаешь? Я думал, что спасаю мою принцессу, а она в спасении не нуждалась?!
Я суживаю глаза.
– Вот только не нужно делать обиженный вид! Я привыкла сама справляться со своими проблемами, ясно? За очень редким исключением никто и никогда мне не помогал, и я не хочу и впредь быть кому-то обязанной!
Никита раздувает ноздри и наклоняется ко мне.
– Мне ясно, что у тебя проблема с тем, чтобы принимать помощь от других! Я это, – он стучит пальцем по истории болезни, – сделал ради того, чтобы помочь справедливости, ничего не требуя взамен. Ну, кроме пары поцелуев взасос, конечно, а ты – вытаскиваешь ножи!
– Да, потому что это всё, что я умею и они меня никогда не подводили! А сам-то! – Я поднимаюсь на ноги и кривлюсь от прошивающей бедро боли. – Сам-то сидишь на попе ровно и ждёшь, когда до тебя доберётся Гатауллин и переломает хребет к чертям! А мог бы обратиться к руководству клуба и рассказать обо всём!
Лис тоже вскакивает.
– Откуда?! – Он запускает обе руки в волосы и вцепляется в них. – Фомин, падла, да? Не удержал воду в заднице. То, что между мной и Рафой, это только нас двоих касается! Я сам всё решу!
– И кто теперь не хочет помощи со стороны? – Я суживаю глаза, держась за стол, чтобы не упасть.
– Знаешь, что, – Никита приближается ко мне вплотную и говорит, глядя в глаза, – попробуй иногда отпускать защиту ради настоящей победы.