– Мам, ну ты как себя чувствуешь? – Денис садится напротив меня, с искренним, неподдельным беспокойством заглядывает в мои глаза, словно пытаясь прочесть там всё. Рядом продолжает сидеть Стас, напряженный и молчаливый. И хоть между нами ещё не всё гладко, я уже ощущаю какую-то незримую, но очень ощутимую внутреннюю поддержку от сыновей, их заботу.
– Ты нас так напугала, – в глазах Дениса мелькает искренняя тревога, и я вижу, как он переживает. Замечаю, как напрягается Стас, его пальцы нервно сжимаются и разжимаются. Видимо, младший ещё не отошел от подслушанного разговора, от своих переживаний.
– Я в порядке, – отвечаю с тенью улыбки, стараясь успокоить их, но в то же время ощущая, как внутри всё ещё теплится тревога. – Уже намного лучше.
– Я рад, что все обошлось, – искренне произносит Денис, окидывая меня теплой, ободряющей улыбкой. Молча киваю и улыбаюсь ему в ответ, тем самым выказывая благодарность за его неравнодушие ко мне и моему состоянию.
Я мысленно готовлюсь и все жду, когда же хоть кто-то из сыновей спросит о том, в самом ли деле я планирую оставлять беременность. Боюсь, что они начнут меня уговаривать сделать аборт, навязывать свое мнение. Я уже так привыкла к этому малышу. Хоть он и не так долго со мной, ощущаю, что кроха стал неделимой часть меня. А когда я поняла, что могу его потерять, так и вовсе стала ценить этот подарок с небес ещё сильнее. Он – мой якорь, мой маяк в этом бушующем шторме проблем. Как бы странно и цинично это не звучало, этот малыш помог нам с сыновьями примириться. Может быть он пришел ко мне спроста, может, это и было его маленькой миссией?
Как ни странно, часа так два точно, мы просто болтаем на отвлеченные темы. И так хорошо на душе становится, спокойно, как будто огромный камень свалился с плеч. Ощущаю, как негатив постепенно рассеивается, сходит на нет. Будто бы не было ничего. Ни измены Гриши, ни нашей с сыновьями ссоры и жуткого недопонимания. Я бы отдала все, чтобы так и было.
Но от нашей семьи осталось лишь название. Все такое шаткое, хрупкое. Наверное, именно поэтому также не поступало вопросов и о Грише. Потому что сыновья понимают, что одним неуместным упоминанием могут махом разрушить нашу вновь возникшую идиллию. И мне хорошо от этого. Я и сама пока что не готова отвечать на любые вопросы, касающиеся Гриши и ребёнка.
Одно знаю точно – как только приду в себя и меня выпишут, я сразу же подам на развод. Не буду медлить ни секунды. Избавиться хотя бы документально от нашего брака с Григорием моя цель на ближайшее время. Это необходимо, чтобы начать новую главу в своей жизни. А дальше посмотрим. Не хочу загадывать.