Еще один персонаж выполз из-за груды подгнивших поддонов. Выглядел он, краше в гроб кладут. Лицо покрыто гноящимися чирьями. На руках вспухли чернеющие вены. Тяжелое отравление дрянью. В трясущихся конечностях эта развалина сжимала двудульный обрез двенадцатого калибра.
— Проход на Прошку теперь платный, — сказал татуированный мужик с тесаком. Из-за недостатка зубов он слегка причмокивал, поэтому получилось что-то вроде «Пхот на пошку тепе платнй».
Я сдвинулся ближе к обочине, чтобы разделить цели для стрелка. Он тут же направил свое ружье в мою сторону. Третий персонаж, вооруженный арматуриной, выполз вслед за пораженным дрянью товарищем и принял угрожающую, по его мнению, позу.
— Ты видать новенький здесь-на, — ответил любителю нательной росписи Рудницкий. — Я здесь везде бесплатно хожу ска. Сдриснул нахер, чмошник.
— За такие слова, мы бабки с трупов сымем!
Понеслась!
Я носком ботинка поддел обломок кирпича, множество которых валялось вокруг, и запустил его в подгнившего мужика с двустволкой.
Кирпич врезался в череп, с хрустом проломив височную кость, и отбросил подонка на обочину. Страйк!
Рудницкий же просто вскинул руку, и в его визави ударил порыв ветра. Это был не просто легкий сквознячок. Разукрашенного протащило по земле, с треском ломаемых костей, и впечатало в ту самую секцию забора, на которой он до этого восседал.
Труп — сто процентов. Такое не лечится. Впервые видел, как сержант оправдывает свое прозвище.
Третий, выпучив глаза, глядел на молниеносную расправу, затем опомнился и завопил:
— Трехглазый этого не простит. Ездец вам, суки! — закричал он, начав отступать к кучке палет.
Я просто выстрелил в него из «Носорога», проделав посреди корпуса дыру размером с кулак.
Выстрел сильно ударил по ушам. По развалинам загуляло эхо.
Я подошел к телу гнилого и поднял двустволку. Заряжена. Не факт, что выстрелила бы. За оружием совершенно не ухаживали, но чем дрянь не шутит. Я согнул стволы и отбросил ее обратно на обочину.
— Не слишком резонансно, что ты стихию применил? — спросил я у сержанта.
— Нормально, — ответил он. — Тут кому надо знают-то, что я могу эт самое. Эт не палево. Мало ли на районе кривых стихийников.
— Не знаю? Мало?
— Хватает, по правде. Учиться никто не хочет, а вот силушки, на бояр с дворянами глядючи, хотят многие. Так што на уровнях довольно много недофизиков или криво инициированных стихийников. Или магов — слабосилков-то. От них одни проблемы. Только толику силы получают, сразу начинают строить из себя не пойми чего. Повелители мусорных куч, мля. Трехглазый энтот новый тут, точно. Я раньше о таком не слыхал. А он обо мне. Визиточку мы ему оставили-на. Коль не тупой — спишет недоумков. Ежли тупой, на обратном пути придется его банду закопать-на. Пошли уже, — он сплюнул на труп разрисованного.