Я извлек один из мечей. Хищное широкое лезвие, длиной чуть больше локтя, отливало синевой. Клинок слегка расширялся к последней трети, а потом вновь сходился на острие. Идеальный баланс. Удобная шершавая рукоять, как будто сделанная для моей руки. И, да. В мече чувствовалась магия. Собственная сила. Не скрывая сожаления, положил его обратно на прилавок. Расставаться с оружием было почти физически больно.
— Юрген. Я не шутил, когда сказал, что у меня весьма ограниченный бюджет. Такой клинок стоит не меньше пятидесяти тысяч, навскидку.
— Две.
— Что две? Две сотни тысяч? — некоторое оружие могло стоить и таких денег, особенно если представляло коллекционную ценность или являлось артефактом.
— Две монеты, — ответил он. Увидев мою недовольную гримасу, пояснил: — Нельзя холодняк бесплатно отдавать. Традиция.
— Юрген! Вы надо мной издеваетесь? — начиная закипать, бросил я.
— Нет. Сюда смотрите!
Он постучал пальцем по ножнам.
— Видите?
Присмотревшись, я увидел на ножнах герб Орловых. Пожал плечами.
— Герб моего бывшего рода. И что?
Раздражение уступило место любопытству.
— Я уже понял, что вы, Юрген, догадались о том, кто я.
— Мне эти клинки достались от одного из членов вашего рода, с условием, что я передам их достойному бойцу. Вы Орлов. Универсал. Клинки ваши. За два рубля, как я и сказал. У меня они просто место занимали, — он развел руками, мол, о чем здесь еще говорить-то. — И двадцатипроцентная скидка на них не распространяется. Деньги только монетами найдите.
Я прикинул, кому могли принадлежать мечи. По всему выходило, что единственный взрослый Орлов, который недавно погиб вне башни, — мой двоюродный брат Дмитрий. Он служил в имперской армии в каком-то спецподразделении. Но расспрашивать Юргена об обстоятельствах, при которых ему достались мечи, я не стал. Вместо этого достал и подбросил монету. С реверса мне подмигнул державный орел. Серьезно, Аня? Прячемся? Что значит нет? Мое видение не зря меня сюда привело. Так что иди в сад со своими советами. Я спрятал монету, молча выложил на прилавок две другие, достоинством в рубль каждая.
— Отлично! — он снова сверкнул своей обаятельной улыбкой, никак не прокомментировав мои манипуляции с империалом. — По огнестрелу. Есть револьверы. Пистолетами не торгуем. Они не антуражные.
Оригинальный маркетинг, ничего не скажешь.
В результате я приобрел «Носорог», револьвер под патрон, который мог свалить если не слона, то одноименное животное точно. Скорозарядники, кобура, четыре коробки патронов, набор для чистки. Юрген внес серийный номер револьвера в мое удостоверение и зарегистрировал покупку в электронном реестре. После чего, подвинув ко мне эту груду амуниции, спокойно сказал: