Постовой опустил забрало шлема.
— Что за стрельба была? Документы! — выкрикнул он, наводя на нас свой коротыш.
Олег вытащил удостоверение и, закрыв большим пальцем фамилию и фотографию, махнул полураскрытой корочкой перед глазами постового.
— Ликвидаторы-на. Государева служба. Уйди, сынок.
— Приложите удостоверение к сканеру, пожалуйста, — ствол автомата слегка опустился, но всё ещё смотрел в нашу сторону.
— Давайте без этого, рядовой, — сказал я максимально казённым тоном, на который был способен. — Мой товарищ ранен, его нужно доставить к врачу.
Ствол вновь приподнялся.
— Приложите удостоверение… — На плечо постовому опустилась массивная конечность экзоскелета.
— Спокойно, Склифосовский! — прогудела стоящая перед нами двухметровая громада боевого доспеха через внешние динамики. Блистер шлема, что характерно, был поднят. За ним маячило слегка помятое усатое лицо человека среднего возраста. — Никаких инцидентов в нашей зоне ответственности не выявлено. Дай государевым людям пройти к машине, — и, уже обращаясь к нам, — ужос, сколько дряни в ближайших кварталах развелось. Ну, раз ликвидаторы занялись, значит, поубавилось её. Идите, парни.
Рудницкий понятливо кивнул.
— Благодарю, офицер.
Я дотащил напарника до такси. Наш водитель дождался нас, хотя и начал возмущаться, когда я аккуратно водружал сержанта на задние сиденья.
— Эй! Все мне кровью тут перемажете, да! Салон отмывать потом! Куда ты его пихаешь!
Я просто молча сунул ему сотку и так на него зыркнул, что гастарбайтер сразу заткнулся. Деньги он, конечно, сцапал.
Я помог Олегу подняться в квартиру. Нас встретила его супруга, седеющая миниатюрная женщина. Она сразу влепила сержанту затрещину, на меня посмотрела как на врага престола. А я предпочёл смыться и оставить их выяснять отношения без посторонних.
Наконец-то, милый дом!
Это был тяжёлый день. И я думал, что самое неприятное уже позади. В конце концов, меня уже пытались сегодня убить. Совсем немного не преуспел тот бройлер-переросток.
Но я ошибался. Это был ещё не конец. Именно сегодня меня попытались убить второй раз.
Покушение
Я с наслаждением вытянул ноги, откинувшись в кресле. Кресло вообще — самое удачное приобретение после изгнания. В меру мягкое. Комфортное. Вставать не хотелось совершенно. Хотелось сидеть и втыкать в смартфон.
Я вытащил на свет моего любимого собеседника.
— Анна Иоанновна, а вы совсем не изменились. Все так же холодны и надменны. Впрочем, понять вас можно. Вы женщина непростой судьбы. Вам не кажется, что наши ситуации немного похожи? Хотя монастырь — это, конечно, не четвертый уровень. Но ведь вы там и не задержались! — Анну освободили политические противники императора Фёдора Первого. Эта удивительная женщина немало потом накуролесила, стала причиной большой войны, а потом соправительницей державы. Прямо образец для подражания. — Ну что? Продолжим расслабляться или кофею испробуем?