Имбицилы вроде Ирмы и Виссариона, моих заклятых кузенов, — редкие неудачи семей. Да и то, подозреваю, там просто сильное влияние матери, женщины небольшого ума и громадных амбиций. А может, и генетика. Воронцовы — сильнейшие стихийники в Воронеже. А мамаша кузенов по отцу Воронцова. За это дед ее, скорее всего, дяде Кеше и просватал. А не за высокий интеллектуальный индекс. Виссарион вон уже стихийник и очень сильный, а он меня всего на год старше. Да только проку в силе, не подкрепленной умом. Надеюсь, дядя ему мозги все же вправит.
Назад я ехал небыстро. Ночной полис мерцал неоном, светился желтыми бликами фонарей, заманивал мягким оконным зашторенным светом. Проезжающие мимо машины моргали габаритами. Редкий летающий транспорт расцвечивал темное небо голубоватыми послеобразами. Спать действительно хотелось неимоверно. Даже мой железный организм требовал перезагрузки.
Зевая, я прошел в коридор и, неожиданно даже для себя, завернул в комнату Игоря. Вежливо постучался и, услышав: «Открыто, Алексей», — толкнул дверь.
Игорь в домашнем халате занимал комфортное по виду кресло и рассматривал сложнейшую схему заклинания, висящую перед ним в воздухе. Увидев меня, он свернул проекцию и поднялся.
— Как прошел ваш визит к представителю рода Соколовых? — спросил он, опустив руки в карманы халата.
— Слушай, Игорь, давай без лишних церемоний, пожалуйста. Мы с тобой уже давно не в башне. А визит прошел, как и ожидалось. Они предложили войти к ним младшей ветвью. Я отказался. Тогда Евгений предложил «дружить мальчишками». Я согласился. И все.
— Отрадно это слышать, Алексей. Про церемонии — старую собаку новым трюкам не обучить, — он неопределенно повел рукой в воздухе. — Но я постараюсь настроиться на более неформальный тон общения. Вам что-то нужно? Не просто же так вы ко мне зашли, Алексей.
— Ты! Давай на ты! И да. Внезапно возник вопрос, — я широко зевнул и сладко потянулся. — А ты-то, Игорь, знаешь, что за странное наследство мне дед оставил? Или это просто уловка такая, чтобы мне жизнь медом не казалась?
Игорь широко улыбнулся и стал внезапно похож на довольную акулу.
— Я уж думал, ты не спросишь, — ответил он.
Наследство и наследие
Игорь широко улыбнулся и стал внезапно похож на довольную акулу.
— Я уж думал, ты не спросишь, — ответил он.
— Ска! — вырвалось у меня. — Ты все это время знал и молчал? — с меня аж сон слетел.
— Это дело могло подождать. Было немного забавно наблюдать и ждать, когда ты обратишься ко мне. Ты занят чем угодно, кроме проблем семьи, наследия и рода. Кажется, изгнание подкосило тебя сильнее, чем ты думаешь.