— На правах жены генерала Рееда я требую заменить суд другим наказанием! Великий властелин огня Оргос, услышь мой зов! Освободи меня от суда двенадцати и даруй мне свою защиту! Согласна на любую плату!
Говорю я так, как меня научила Милли.
«Госпожа, не забудьте ни единого слова. Иначе Оргос зов не услышит и не смилуется над вами».
Кажется, я успела, судя по образовавшейся тишине в Зале Совета и весьма удивлённому мужу. В зале внезапно появляется какая-то вспышка, и запястье обожгло.
Из горла вырывается сдавленный писк. Зажмуриваюсь, чтобы пережить неожиданную вспышку боли. Затем, не обращая внимания на жжение, я смотрю прямо на генерала.
Кажется, мужчина слегка удивлен. Или всё же расстроен? Круги Оргоса никуда не делись, как и статуи в чёрных мантиях.
Ронгар делает шаг ко мне, затем один взмах рукой, и статуи вместе с кругами испаряются, будто их и вовсе не было. А такое возможно?
Не говоря ни слова, Ронгар подходит ещё ближе и прикасается к пострадавшей руке. Тело сразу бросает в дрожь, а лицо пылает краской.
Вот же гадство!
«Перестань! Опомнись! Ну и что с того, что этот дракон стал твоим первым мужчиной? Это не повод так реагировать!» — даю я себе мысленную затрещину.
Набрасываться на Ронгара мне совсем не хочется, наоборот убраться бы куда подальше от этого самоуверенного мужчины. Но вот стыд никуда не деть.
Муж несколько минут рассматривает мою руку. Жжение постепенно проходит, а кожу приятно покалывает прохладой. Затем генерал пальцами прикасается к моему подбородку и, поднимая моё лицо, смотрит мне в глаза.
— Ты хоть знаешь, что ты только что сделала? — спрашивает дракон, напряжённо глядя на меня.
Я каждой клеточкой своего тела чувствую ярость генерала.
И что ему так не понравилось? То, что всё пошло не по его плану?
А вот получи, дракон! Я тебе не подчиняюсь!
— Нарушила твой план и стала изгнанной? — Я не сдерживаю ухмылки.
Трудности меня не страшат! Не дождёшся! Спасу свою жизнь, а затем поднимусь на ноги.
— Изгнанной? Ты что, совсем не знаешь, о чём попросила Оргоса? — Бровь генерала от удивления ползёт вверх. — Ты заклеймила себя, жена.
Заклеймила? В каком смысле?
— Что ты имеешь в виду? — интересуюсь я.
А у самой сердце замирает. Неужели я что-то напутала в словах и вышло не то, что я хотела?
— Ты передала свою жизнь божеству. Буквально. Ты же знаешь, что Оргос не может решать судьбы людей без особой на то причины или определённого обряда, такое подвластно только Всевышней. Но ты по собственной глупости преподнесла свою жизнь на блюдечке. Ты с ума сошла?
Дракон нависает надо мной.