Такой разотрёт в порошок и глазом не моргнёт. Ну или превратит мою жизнь в ад.
Но раз уж он вдруг решил заменить смертную казнь, которой так грозил, на изгнание, мудрее не злить его лишний раз. К тому же прямо сейчас моё положение в этом мире слишком шатко, чтобы вести себя дерзко и вызывающе.
Сложив записку, я уже открыла рот, когда Рангард с презрением выплюнул:
— Надеюсь, ты не собиралась бросаться мне в ноги?
Я вспыхнула от возмущения. Кем он себя возомнил?! Не собиралась, пусть даже не мечтает!
Чуть было не выпалила это ему в лицо, но вовремя себя остановила. Чего так завелась-то? Я этого Рангарда знать не знаю. Он мне вообще никто. Но вот за бывшую хозяйку тела стало жутко обидно. До чего довёл бедную девочку этот жестокий, бессердечный человек?
К сожалению, как бы ни хотелось мне надеяться, что Одиана смогла собрать свою гордость в кулак, способ моего попадания сюда говорил красноречивее любых предположений.
Рангард внимательно посмотрел на меня и прищурился.
— Как только тебе хватило наглости провернуть такую аферу? Подделать истинность, навести на меня морок — и всё ради того, чтобы я женился на тебе и решил твои финансовые проблемы. Сама догадалась или кто-то надоумил?
Истинность? Морок? Я понятия не имела, о чём он говорит, и не знала, как следует себя сейчас повести. Одно было понятно: он обвинял Одиану в подлоге и обмане. Но оправдываться перед ним я не имела ни малейшего желания.
Рангарда разозлило отсутствие реакции. Приподняв мою голову за подбородок, он с угрозой прорычал:
— Скажи спасибо, что я смилостивился над тобой. И не смей смотреть на меня так надменно, иначе я легко могу передумать.
Отстранившись от его хозяйского прикосновения, я со сталью в голосе выдала:
— Я хотела сообщить, что согласна с твоим решением и больше не буду претендовать на возобновление… — запнулась и добавила обтекаемо: — отношений.
Рангард нахмурился, глядя на меня с явным подозрением.
Проклятье! Похоже, настоящая Одиана всё же вела бы себя иначе. Гораздо более… покорно? Мягко? Была бы заметно подавлена и расстроена? Судя по тому, что я увидела во сне, скорее всего. Кажется, она была романтичной и доверчивой натурой.
Попасться на горячем прямо сейчас в мои планы не входило. Придётся стиснуть зубы, затолкать привычки из двадцать первого века куда подальше и изобразить страдание от того, что он отверг меня и выслал сюда.
Рангард должен поверить, что мне плохо. Убедиться, что поступил правильно. Не хватало только, чтобы этот изверг решил, будто такого наказания недостаточно .