Надо будет потом в Артуре, если доживем до него, смонтировать на первой платформе кран помощнее или хотя бы лебедку с выносной балкой. Век живи — век учись…
До полуночи Василий успел отправить роты и полуроты на выбранные им позиции для оборудования опорных пунктов, выслать четыре дозора казаков в направлении возможного появления японских войск и обернуть паровоз парой шлангов со взрывчаткой — фейерверк отложили до рассвета. Ночь прошла в снятии с бронепоездов пулеметов и скорострелок Барановского и в перетаскивании всего этого богатства на спешно готовящиеся позиции.
Утром его ждал первый приятный сюрприз — со стороны Артура потянулся куцый ручеек подкреплений. Первой подошла полурота, еще позавчера бывшая полнокровным батальоном. Она была с полдороги развернута Михаилом. Командовавший ею штабс-капитан выглядел взвинченным и хмурым.
На вопрос не спавшего ночь Балка «что же заставило православное воинство прекратить драп и возвернуться» он, не представляясь, холодно ответил, что, когда его ставят перед непростым выбором, он выбирает меньшее зло.
— А конкретнее?
— Видите ли, лейтенант, когда на рапорт о готовности держаться я получил приказ Фока «всем полкам дивизии отходить к Артуру на линию фортов» вместе с приказом полковника Третьякова, запрещавшим мне остаться на позиции, где полегло три четверти моей роты, и поручавшим арьергардное охранение отступления полка…
Под занавес — личная просьба наследника престола Михаила Александровича, который галопом проносится мимо: «Всех, кто меня уважает и кому не безразлична судьба России, прошу вернуться на перешеек, где найти и поддержать бронедивизион ‘Варяг» — я, как смог, попытался выполнить все.
Отправил тяжелых раненых с сопровождением к Артуру, легкораненым и слабосильным с лейтенантом Ивойловым поручил осуществлять их арьергардное охранение, двигаясь к крепости, а сам с наиболее боеспособными солдатиками и остатками боеприпасов батальона вернулся. Не совсем понимаю, правда, откуда вы тут с великим князем вообще взялись и тем более почему он приказал мне вам во всем подчиняться… Так что насчет драпа вы, наверное, погорячились, лейтенант… Но в любом случае какие будут приказания?
— Балк Василий Александрович. Прошу не обижаться, капитан, я был неправ. Простите.
— Владимир Евгеньевич Коссовский… Принимается. Рад знакомству… Вам, наверное, тоже не просто пришлось, сквозь строй-то?
— За броней оно все полегче. Да и не пешком. Поэтому почти без потерь. Люди у вас до предела измотаны, как я вижу. Сначала бой, марш к Артуру, потом, с полдороги, обратно… Первое: давайте всех по вагонам, найти там места потише и выспаться. И второе: давайте по сто, за знакомство. А вам и в медицинских целях необходимо — усталость чуток снимет, — проговорил Балк, с улыбкой отвинчивая крышку фляжки.