Но, пожалуй, это уже и не так важно. Пропустили? Тем лучше для него и его славной дивизии — теперь весь груз поезда на законном основании достанется им. Криком выведя подчиненных из ступора, капитан отдал приказ выдвигаться бегом к насыпи и, если паровоз не остановится добровольно, открыть огонь по рубке и при необходимости — по котлу. Сам он тоже не удержался и в первых рядах побежал в сторону подходящего состава. Но по мере приближения он все больше и больше казался Кабаяси каким-то неправильным…
Почему одна платформа и два вагона поставлены впереди паровоза? Что это за дым идет из хвоста поезда — пожар от попавшего японского снаряда или второй паровоз? А если второй паровоз, то зачем — состав не такой уж и длинный? Что же это там за груз, который русские настолько упорно пытаются провезти в Порт-Артур? И почему за первым поездом дым из-за холмов поднимается к небу еще гуще, как будто там еще пара составов тянется?
Вопросов становилось все больше. И их масса превысила критическую, когда за первым поездом из ложбины действительно показался второй. Отдать хоть какой-то приказ или даже просто придумать, что именно скомандовать, Кабаяси не успел.
Головной зшелон полыхнул огнем подобно сказочному дракону. По бегущей к нему японской пехоте с бортов БРОНЕПОЕЗДА хлестали длинными очередями по пять пулеметов, с обеих артплощадок торопливо рявкали по четыре маленьких, но вредоносных пушки Барановского, и хоть и редко (скорострельность немногим выше выстрела в минуту из-за картузного заряжания), но солидно рыкали две башенные 87-миллиметровые пушки [19] . Они абсолютно устарели для флота, и их с радостью вымели с флотских складов, но зато на суше мощные шрапнельные и сегментные снаряды весом в шесть килограммов, которых во Владивостоке нашлось превеликое множество, были весьма актуальны…
В боевой рубке штабного вагона легкого бронепозда «Добрыня Никитич» Василий Балк, наблюдая за мечущимися под ливнем шрапнельных и пулеметных пуль японцами, задумчиво проговорил, обращаясь к великому князю Михаилу и Максимову:
— Больше так легко нам не будет… И так три раза мы их накрыли, сыграв на эффекте неожиданности. Сначала передовой отряд, который невесть зачем перся вдоль железки; потом на станции, когда их артиллерию проредили; и вот эти вот, наконец. Но тут уже — линейная пехота, явно только что бывшая в бою. Значит, мы врубились в их боевые порядки. По всему судя, квантунцев они с позиции сбили максимум за три часа до нашего подхода. Вариант, скажу вам, не самый плохой. Теперь, если нам еще и провести эшелоны до Нангалина удастся без потерь, то первым в церкви свечку поставлю. Странно только, почему нас японцы не так уж активно обстреливали из орудий?