За окном стемнело, часы показывают половину одиннадцатого, и народ начал потихоньку расходиться. Нам как организаторам уходить последними, хотя Олечку я бы давно уже домой к сынишке отправил, она конкретно так расклеилась. Стала виснуть на покидающем банкет Викторе Николаевиче со слезами, дескать, как жаль его покидать. Залила бы ему весь костюм, да тут Анна Николаевна подошла, сказала, что Олечка может оставаться в группе, если действительно всё настолько плохо. Ветренко мгновенно протрезвела и больше никому уходить не мешала, сидела с грустным видом перед своим бокалом и слушала Наталью, решившую поделиться с нею проблемами со здоровьем матери. Нашли место и время.
Появилась Марина Лягина и села в углу на стул, будто наказанный непослушный ребёнок. Я о своём решении не дать её обобрать помнил и исполнил, подойдя к каждому из троицы желающих что-нибудь утащить домой и мечущихся по залу в поисках отсутствующих пакетов и ироничным глумом смутил их. В общем, ушли, как говорится, не солоно хлебавши.
— Не ожидал от тебя таких слов, — укоризненно качнул головой Арефьев, слышавший мои издёвки. — Не похоже совсем на тебя, Алексей. Удивлён.
— Да чего там, я сам себе удивляюсь. — вздыхаю.
Не объяснять же, что я постарался ради одноклассницы Лёхи Железа Марины Лягиной, уже споро и весело начавшей убирать со столов, первым делом отнеся на к стене так и не вскрытые две бутылки вина и одну водки. Может продаст кому.
В зале остались только трое из организаторов — я с Олечкой и Каспарова, новый начальник группы ушёл с Николаевичем — Артём, да Ильич, предложивший добросить меня до метро Комсомольская, раз я собираюсь воспользоваться подземкой.
— Оттуда тебе будет ближе ехать и с одной только пересадкой, я всё равно на такси мимо поеду, — забрал он свою сумку.
— Никаких метро, Фёдор Ильич, — оторвалась от айфона Каспарова. — Сейчас наш водитель приедет, их с Ольгой доставит по домам. Вы езжайте сами. Так, Олечка, чего сидим, чего грустим? Собирайся, машина внизу ждёт.
Не забыл забрать у Артёма свой портфель, наш диск-жокей немного задержится, поможет Лягиной. Как я понимаю, не за просто так. Вон он уже себе набрал сока и бутылочки кока-колы. С аппаратурой разберётся уже в понедельник.
— Разве нам туда? — удивляется Ильич, когда Каспарова на выходе из холла дёрнула его за рукав и показала в сторону ответвления от основного коридора.
Там лифт для руководства, решила нас на нём спустить. Ого, ещё разок проедусь. Так, глядишь, и привыкну к красивой жизни
— Да, тут ближе, — устало ответила Анна Николанвна. — Алло, Гриша, — сказала в трубку. — ты уже ждёшь? Подъезжай к центральному входу. Как не ты? Мама выходной дала? А кто? Поняла. Вечно всё напутают. Андрей, на месте? Подъезжай к центральному.