Главную проблему представляли тюфяки. Но стреляли они редко[3] и каменной галькой в качестве картечи, поэтому ольденбургская пехота, применив крепкие павизы арбалетчиков, принимала на них залп и, роняя щиты, бежала вперёд в атаку. А дальше был фарш, просто фарш, по сравнению с которым даже битва при Висбю с её резней — детский лепет. Тела без доспехов уродовались алебардами и глефами невероятно.
Так или иначе, но подошедшее войско Андрея Васильевича осман дожало и Кафу взяло. Причём удивительно контрастно, по сравнению с татарами, взяло. У него потерь было — слёзы, а у татар — море.
Однако славная победа обернулась тем, что князь со своими людьми оказался вовлечён в эту кошмарную распрю, которая шла не только и не столько из-за власти, ведь Кафа торговала людьми уже очень давно. Почитай, с 1220-х годов. И за это время накопила огромные богатства, которые и взяли османы «на саблю».
Флот османский отошёл, как выяснилось, по простой причине — повёз рабов, взятых в Кафе, в Константинополь. А там хватало и юных девиц для утех, и крепких парней для гребных банок да рудников. В общем, хороший, ценный товар, который мог испортиться и тупо передо́хнуть в условиях возникшей неразберихи. А это деньги и немалые. Вот паша и отправил кораблики вывозить в столицу этих «говорящих животных». Сам же продолжил грабить город. Вдумчиво. Спокойно. С немалым разумением.
Андрей Васильевич, добивший пашу, получил в свои руки его казну. И татары захотели свою долю. Непомерно большую, как по мнению князя и его людей. Сами же сыновья Ахмата вообще злились, считая, что этот неверный совсем обнаглел в край. И по-хорошему он должен был отдать им всю казну, а они по доброте душевной что-то ему отсыпали бы. Может быть. Если бы он стал себя хорошо вести.
Конфликт разгорался всё сильнее.
И вот во время очередной ругани кто-то из сыновей Ахмата схватился за саблю, выхватив её из ножен. Это и спровоцировало валлийских лучников, что прикрывали Андрея Васильевича среди прочих. А эти ребята умели быстро стрелять. Да и остальные наёмники действовали решительно, ибо были уже который день на нервах. Так или иначе, но из сыновей Ахмата выжил только один — Сайид-Ахмат, остальных положили прямо на этой встрече.
А потом германцы при поддержке итальянцев, валлийцев и русских дружинников вышибли татар из города. Благо, что на узких улочках у тех не было никаких шансов.
Дело резко и сильно запахло керосином.
Андрей Васильевич опасался возвращения османского флота. Причём опасался он не столько штурма, сколько осады и блокады. Степняки и высадившиеся османские подкрепления закрыли бы его с суши, а флот — с моря. Взвесив все за и против, он принял решение прорываться назад, к Перекопу. Тем самым путём, которым он и шёл сюда.