— А это всего лишь вы, а я уж думал кто-то умер, — усмехнулся нахал, а зал пришел в движение. — Уже решили, как назовете ребенка.
Я прыснула соком и забрызгала скатерть.
— Тише-е… — зашипела, оглядываясь и вытирая рот салфеткой. — Я только сегодня узнала, а ты хочешь, чтобы мы уже и имя выбрали и в детской ремонт сделали?
Имар усмехнулся.
— Не смешно. Кто-нибудь может услышать, — тихо возмутилась и оскалилась любопытной ифритке, на той стороне стола. Девушка тут же потупила взор. Демоны, тоже молодцы, не могли сесть подальше: внимание сразу двух Келеров к одной женщине, выглядит подозрительно.
— И что? — так же отмахнулся, как недавно Кристиан. — Может, это мой ребенок, — беззаботно произнес он. Нет, они точно братья!
— Становись в очередь, — почти серьезно прошептал Кристиан, засовывая в рот кусок мяса. Ну, думаю мяса.
— Кинем жребий? — Имар иронично изогнул бровь.
Скорчила гримасу и обреченно спросила:
— Моё мнение вообще не учитывается?
— Кто ты, женщина? — искренне удивился Имар и получил от меня удар в коленку под столом. Демон засмеялся.
— Прекратите, — зашипел Кристиан. — Сейчас гости решат, что вы там чем-то заняты, очень увлекательным, — многозначительно добавил он, а сам улыбнулся. Мы, пристыженные, засмеялись.
Позади что-то брякнуло и мы, как по команде, повернули головы. Министр, появившийся в сопровождении своего верного друга, уронил черную папку и усиленно пытался отвести от меня изумленный взгляд. В то время как дознаватель даже не скрывал своего интереса.
— О, министр! — расплылась в дружественном оскале. — В карты? — дернула бровями, лукаво улыбаясь. Мужчина даже покраснел и запнулся, но всё же, с помощью небесных сил, взял себя в руки.
— Добрый вечер, леди Некрасова, — пробормотал он. — Прекрасно выглядите, — не соврал на этот раз мужчина.
— Вы тоже, — а я вот слукавила. Министр напоминал серую стену. Дознаватель ожил и склонил голову.
— Позвольте узнать причину вашей столь резкой перемены. Как вы стали ифриткой? — приступил к допросу синеглазый. Я скривилась и обратилась к Кристиану:
— У вас во фракции все суют нос не в свои дела?
Крис поперхнулся и пригрозил мне насмешливым взглядом, впрочем, не спеша меня останавливать. Расценила как согласие. Молчание ведь — знак согласия, да?
— Если бы моё изменение, — демонстративно обвела себя пальцем, — было незаконным, то сидела бы я не за ужином, а в уютной камере Храма, — мило улыбнулась и откусила желтый фрукт.
— Откуда вам знать об её уютности? — абсолютно серьезным тоном спросил хитрый дознаватель. Министр поспешил скрыться.