Сжимая в руке листок с заключительным диагнозом, я брела по пыльным улицам Москвы, задевая прохожих своими габаритами.
Ну, почему? Почему, господи? Сначала я не могла найти спутника жизни и выйти замуж. Я — женщина в пышном, но ухоженном теле, приятной наружности, но есть у меня такой вот существенный недостаток: мозги, сила воли и характер эсесовца. Папа в детстве меня ласково звал: Мой маленький и нежный гестапо. Смешно, правда? Только как корабль назовешь… ну, я и поплыла. Уничтожая и подавляя, вызывая волну ненависти у противоположного пола.
Мужчины, которые обращают на меня внимание — все слабохарактерные: не выдерживают моего напора и требовательности. А я ведь в душе ангел. Просто без матери росла, с отцом — военнослужащим. И, как следствие, воинская дисциплина и характер такой же — воинственный. Вместо кукол АК-47, вместо машинок легкий бронетранспортёр. Но я ведь стала детским врачом, а не военным!
Мужчины, которые могут со мной сравниться и выдержать мой напор, предпочитают женщин стройного телосложения. А меня всегда устраивали мои формы. Я ведь не толстуха, заплывшая жиром. Я просто пышная, и за счет этого кажусь людям добрее.
Когда я поняла что, с моими запросами, мужа мне не видать как своих девяносто — шестьдесят — девяносто, решилась на эко. Прошла полное обследование. И тут выяснилось, что я бесплодна, причем до такой степени, что сам Иисус Христос не в силах помочь.
Я попереживала года два, побегала по больницам, шаманам, окультистам и прочей нечисти, побывала в самых известных храмах и церквях страны и даже съездила в Тибет. Но не иглы, не тибетские тигры так и не смогли сделать меня беременной.
Тогда я стала пахать с удвоенной силой, отдавая себя детям. Дослужилась сначала до кандидата, а потом и до доктора медицинских наук, получила ученую степень — и решила, что могу усыновить, вырастить и воспитать ребенка сама. У меня ведь всё есть! Машина есть: дорогая, большая и добрая — как я. Квартира — двушка, в центре, а не у черта на куличиках. Прописка! Что самое ценное в наше время — постоянная!
Пошла в огран опеки и попечительства — и началась бумажная волокита с последующим медицинским освидетельствованием… и раком желудка третьей стадии.
Я, правда, не поверила Николаю, нашему онкологу: Нет, — говорю. — Это ошибка. Ты результаты перепутал. У меня ведь ничего не болит. Ну, может, совсем чуть-чуть.
К сожалению, Николай оказался добросовестным сотрудником, и ничьи анализы не путал.