— Ты, смотрю, тоже пристрастился к традициям, — нагло хохотнул младший демон. — Видел с высоты, как традиции твоей супруги едва прошли в наши узкие двери.
Не обращая внимания на ядовитый сарказм брата, сел за стол под зонтиком. Тут же появился слуга с напитками.
— Ты готовишься к брачной ночи? Я бы на твоем месте вызвал врача. Ну, мало ли, — младший взял высокий стакан и сделал пару глотков.
— У тебя всё? -поинтересовался безразлично, разминая шею, — Ты не вышел меня встречать, — это дурной тон. Какой пример ты показываешь остальным? Сегодня ты не вышел к своему сераскиру, завтра не выйдет министр финансов, а из банка мистическим образом исчезнут все наши сбережения…
— Твоя любовь к крайностям делает из тебя невыносимого зануду, — Имар поморщился, и веселья в его голосе поубавилось. — Как всё прошло?
— Как видишь.
— Ты жесток. Привезти женщину в другой мир и наблюдать за её мучительной смертью… кем надо быть? — Имар иронично скривил губы. В янтарных, почти желтых, глазах отражались лучи солнца.
— Как минимум, демоном, — я равнодушно пожал плечами. — Это её выбор. Я открыто изложил все условия — женщина приняла решение.
— Кстати, как она ко всему отнеслась? Истерика, обмороки, рвота?
Я нахмурился, вспоминая реакцию моей почти супруги.
— Она попросила подумать… Когда я приехал, был уже собран чемодан.
Тонкие брови Имара поползли вверх.
— Тебя когда-нибудь била женщина? — внезапно спросил я, вспоминая о недавнем. Как я не сгорел со стыда в тот момент, не представляю! Только мысль, что она спасла свою жизнь и мою свободу, удержала меня от расправы.
После паузы младший бессовестно рассмеялся, запрокинув голову.
— Подожди, ты серьезно?! Она избила тебя? — братец снова сложился пополам. — Я немедленно должен с ней познакомиться! Слушай, а твоя идея жениться на умирающей иномерянке, не так плоха!
— Прекрати. И не вздумай об этом болтать, — строго предупредил я, впрочем, полностью доверяя брату.
— Расскажи, как это было? Хочу знать во всех деталях, — Имар просто светился счастьем. Так и захотел стереть эту противную ухмылку с его бледного лица.
— Не хочу об этом говорить. Просто это странно, чтобы женщина дралась. Ты представляешь кого-нибудь из ирилитянок в драке с мужчиной, да даже с другой женщиной?
Младший серьезно задумался.
— Извини, но фантазия моя скудна на такие подвиги. Ты видел ногти у наших женщин? А их манера разговора: плавная, растягивая сло-ва, потому-что они ду-хов-но просвяще-ныы и не-во-змути-мыыы, — гримасничал брат, подражая ирилитянкам. Действительно, говорят они довольно-таки специфически, при этом полностью флегматичны. — Я не представляю их в драке.