— Иван Егорович! — заметив мое состояние, тут же воскликнул Синичкин. — Я прошу вас успокоиться. Сейчас нельзя давать волю гневу!
Бросив взгляд на мужчину, старающегося казаться спокойным, я выдохнул.
Он прав. Не стоит принимать решения в таком взвинченном состоянии. Эмоции — не лучшие помощники в данных обстоятельствах’.
Прикрыв глаза, я оказался во внутреннем мире и мысленным усилие загнал беснующиеся эмоции внутрь ледяной глыбы. Стало намного легче.
— Лед! — назвал меня кадетским прозвищем выскочивший в коридор Годимир. — Ты решил нас охладить⁈ Уверяю тебя, с этим отлично справляются кондиционеры.
Прочитав что-то на лице Синичкина и оценив мой отрешенный вид, Огнеяр осторожно уточнил.
— Что случилось?
— Феофана ранили, — ответил я. — Мне срочно нужно ехать к нему.
Осмотревшись, я заметил морозные узоры на окнах и тут же призвал к себе высвободившийся после выброса холод, превратив его в небольшой ледяной шар.
— Ясно, — озабоченно посмотрел на меня Годимир и выругался.
— Иван Егорович, — обратился ко мне Синичкин. — Считаю, что покидать территорию защищенного магией дома — не самая лучшая идея. Возможно, покушение на Феофана Лаврентьевича было совершено с целью выманить вас.
Прислушавшись к своим ощущениям, я покачал головой и, добавив в голос холода, приказал.
— Нет. Никакой опасности для себя я даже близко не чувствую, а значит, колонна должна быть готова к выезду через три минуты.
Не смея перечить моему повелительному тону, Синичкин тут же подал команду «тревога» и отправился проверять готовность колонны к выезду.
«Видимо решил, что раз не может остановить меня, значит максимально усилит мое сопровождение», — подумал я, и тут Годимир произнес:
— Может тебя сопроводить? В случае покушения мы сможем тебя прикрыть.
— Не стоит, — покачал я головой. — Пойдем к ребятам. Пока есть время, я объясню им все и попрощаюсь.
Парни, услышав новости, стали тут же собираться. Веселое настроение исчезло, как по мановению волшебной палочки.
— Езжай, — сказал Годимир. — А мы пока посидим здесь, чтобы не путаться у твоей охраны под ногами.
Как и подсказывало мое чувство опасности, до клиники мы добрались без каких-либо происшествий. Заминка была лишь у входа, где я заметил недовольную Марысю, которую охрана отказалась пропускать вслед за пациентами.
— Пропустите, она со мной, — уверенно произнес я, подходя ближе, и охранники, получив приказ по гарнитуре, тут же расступились в стороны.
— Иван! — бросилась ко мне Марыся.
— Привет, — осторожно обнял я пожилую женщину, от которой вкусно пахло какими-то целебными травами.