— Простите, но я не могу, — вдруг произнёс стоящий ко мне спиной Рикард шан Дегрейн. — Остановите церемонию.
Открывшая было для произнесения клятвы рот Арентия так и застыла, забыв закрыть его. Её глаза становились всё круглее и шире вместе с тем, как она осознавала сказанное женихом. Гости непонимающе зашумели, но пока осторожно, будто ещё надеялись, что это какая-то шутка.
— Что значит остановите? — переспросил служитель. Его голос утратил благочестие и прорезался некоторой истеричностью.
— Что значит не можете? — раздалось из зала. Кто-то встал, брякнула скамья.
— Не могу, — повторил Рикард. — Я не могу заключить брак с Арентией, потому что уверен, что встретил истинную. И это не она.
Невеста наконец очнулась, и её лицо приобрело крайне капризное выражение. Показалось даже, что сейчас она хорошенько двинет дракона букетом по голове. Но дракон, может, и перебесится, а вот осадочек останется, поэтому лучше его не трогать. К счастью, Арентия вовремя об этом вспомнила.
— Истинные — это устаревшая чушь! — хмыкнул грузный мужчина в дорогом сером фраке. Кажется, я его где-то видела. Судя по важному и строгому виду, он занимает очень высокое положение.
— Тем не менее, — дракон развёл руками, — моя ипостась не позволит мне соединить себя узами брака с той, кто не предназначена мне кровью и магией.
Его объяснения звучали так просто и естественно, что лично я в них сразу поверила, хоть раньше не сталкивалась с традициями драконов.
— Тогда зачем это всё? — Плечи мужчины — наверное, отца Аренсии — слегка поникли. — Зачем вы довели до этого, Рик?
— Потому что не был уверен. Но когда я оказался здесь, Трёхликий ясно указал мне на то, что я собираюсь совершить самую большую ошибку в своей жизни.
— Это всё лирика, — вступил в разговор ещё кто-то, кого я не видела из-за алтаря. — А самая большая ошибка в вашей жизни — отменить свадьбу с племянницей короля!
— Не нужно мне угрожать! — начал злиться Рикард.
Показалось или вокруг него качнулась сумеречная тень? Завихрилась, принимая облик дракона, а затем растаяла. Среди гостей стихли даже редкие возмущённые возгласы.
— Вы сами знаете, чем это всё обернётся.
— Ситуацию я буду обсуждать с Его Величеством, а не с вами! — тон генерала шан Дегрейна стал рычащим.
Он сделал шаг вперёд, а затем вдруг оглянулся и уставился прямо в моё оконце.
Ещё миг я могла созерцать его мужественное, слегка смуглое, как и у всех южан, лицо, а затем отшатнулась, испугавшись, что он увидит меня за плотным переплетением узора. Сердце подпрыгивало до самого горла, а в голове встала такая муть, что я едва помнила, зачем здесь нахожусь! Кожа на правом плече зудела, и я бездумно почесала его, размышляя, что делать дальше.