Створки разошлись в стороны бесшумно, и перед нами распахнулся бальный зал.
Аннабель вцепилась покрепче в руку отца и с детским очарованием оглядела всех присутствующих. Её глаза блестели предвкушением, щёки раскраснелись от волнения. Она была на своём месте — юная драконица, наследница рода Кантес, будущая хозяйка чьего-то сердца.
Я шагнула за ними, ловя на себе редкие, ничего не выражающие взгляды. Я всего лишь сопровождающая, прислуга с образованием. Девушка в чужом платье, которой здесь не место. Запах рахат-лукума и орхидей снова ударил в нос, напоминая об экспериментах моей подопечной. Не знаю, как сработал этот аромат, но я заметно расслабилась и отпустила ситуацию. Пусть жизнь идёт своим чередом. Я с радостью прослежу сегодня, как моя воспитанница встретит своего мужа, и от всего сердца за неё порадуюсь.
Слуга бального зала проводил нас к нашему личному столу у стены. Таких столов были сотни, и за ними уже сидели дебютантки и их потенциальные женихи. Королевская ложа на метр возвышалась над полом, и в ней было пусто.
Пока гости прибывали, а я нервно ела шоколадные конфеты с цельным миндалём из хрустальной вазочки, Аннабель цепко вглядывалась в парней.
Они переговаривались с отцом, обсуждали наряды и титулы и с нетерпением ждали, появится ли королева.
Когда все места были заняты, золотой рог пронзил воздух тремя протяжными нотами. Распорядитель в бело-золотой ливрее вышел на середину зала и провозгласил:
— Поприветствуйте Их Величества — короля Эдварда Третьего и королеву Элинор! Благая весть для всех гостей: у нашего королевства скоро появится наследник. Да будут благословенны дни короля и королевы! Да будет здоров и смел будущий король, который скоро появится на свет!
Зал замер на секунду, а потом взорвался овациями.
Под руку с мужем в зал вошла королева — стройная, высокая женщина с волосами цвета воронова крыла, уложенными в сложную причёску с мелкими бриллиантовыми шпильками. Её платье из тяжёлого серебристого шёлка струилось по мраморному полу, как туман над озером, а под высокой талией угадывался аккуратный округлившийся живот. Пятый месяц, не больше. Драконица держалась с достоинством, которое не могли поколебать ни неудобный наряд, ни множество взглядов, но в глазах её была мягкая, почти человеческая усталость. Немудрено понять, что беременную женщину так вымотало, — даже корону не стала надевать.
Король Эдвард рядом с ней возвышался как скала — под два метра ростом, широченные плечи, мощная грудь. Тёмно-русые волосы были украшены золотой короной и падали на воротник алого мундира, расшитого серебряными драконами в цвет платья жены. Королевская чета двигалась к своей ложе медленно и величаво.