Я покачал головой и поднял ладонь, отказываясь:
— Нет, я за ЗОЖ. Неси молока.
Трактирщик застыл с удивлённым выражением лица, словно я только что выругался на эльфийском.
— Чего? — выдавил он.
Я улыбнулся и добавил:
— Имей в виду, что в пиве много женского гормона.
Теперь он смотрел на меня так, будто перед ним появился сам дьявол во плоти. Его лицо исказила смесь недоумения и лёгкого ужаса. Но пожав плечами, он ушёл, а я хохотал про себя. Через пару минут он вернулся с кружкой молока и всё ещё странным взглядом, но ничего не сказал.
Закончив трапезу, трактирщик предложил мне комнату с бадьей для омовения и заверил, что не стоит беспокоиться — как только глава гарнизона меня вызовет, он сразу сообщит. Я кивнул и поднялся наверх.
В комнате было просто, но уютно. Я первым делом налил в бадью воды и смыл с себя дорожную пыль. Освежившись, я приступил к тренировке.
После эволюции мой резерв маны был полон. Но скорость восстановления оставалась прежней — она зависела от характеристик. Поэтому запас восполнялся не так быстро, как хотелось бы.
Я повторил тренировки с татуировками, особое внимание уделяя пространственной. Внутри хранились копьё, простенький, но добротный меч, десяток ножей, бутылка воды и парочка бутербродов. Больше вместить не удалось. Как сказал Оберон, увеличивать объем хранилища для этого вида плетения, было нежелательно.
Я так увлёкся тренировками, что не заметил, как пролетело время. Глубокая ночь окутала заставу, и вдруг раздался тихий стук в дверь.
Я решил, что это посыльный, но открыв дверь, увидел на пороге саму начальницу гарнизона. Её вид сразу дал понять, что я не ошибся, заметив сексуальный подтекст ещё в её кабинете. Она была одета в легкое, темно-синее платье. Оно не было откровенным, повсюду открывая голое тело, как любят одеваться наши девушки, на Земле. Но цвет был очень хорошо подобран к ее волосам, и оно красиво облегало ее великолепную фигуру. На шее висел красивый кулон, гармонично сочетаясь с платьем.
Ну что ж, эта ночь будет богата на работу. — подумал я и с улыбкой сказал:
— Рад тебя видеть. Ты очень красивая.
Линель улыбнулась и взяв меня за руку, повела в коридор.
— Пойдём, пройдёшься со мной. Поговорим, и заодно я сделаю обход по стене.
Мы вышли во двор заставы, откуда вела лестница на высокую стену. Поднимались неторопливо, местами задерживаясь, пока Линель принимала доклады от постовых. Ночное небо раскинулось над нами, а прохладный ветер с моря напоминал о суровости здешних мест. Вдали мерцали редкие огоньки — костры вражеских лагерей или рыбацких лодок.