— Я пойду с ними, — попытался возразить я командиру.
— Ты, инженер, никуда не пойдёшь, — оборвал меня Варягин. — Ты слишком ценный кадр, чтобы тобой рисковать. К тому же, ранен. Полезай в БТР. Отправляемся на пожарную станцию.
Спорить бесполезно, но идея отпускать рыжую с незнакомцами мне не понравилась. Я посмотрел на Искру, она кивнула, давая понять, что справится. Ну и не удержалась от подкола. Подошла поближе и шепнула мне на ухо:
— Не ревнуй, Лёшенька. Такого красавчика я ни на кого не променяю.
Отвесила воздушный поцелуй и отчалила. Подталкиваемый одним из бойцов, я полез внутрь бронемашины. Здесь пахло порохом, соляркой и потом. Я устроился на жёсткой скамье, стараясь не касаться спиной стенки. БТР тронулся с места.
Внутри, помимо меня, Варягина, водителя и врача, было ещё двое бойцов.
Фокусник — Уровень 5
Сумрак — Уровень 6
— Маг? — без предисловий спросил я у Фокусника.
Худощавый брюнет посмотрел на меня, затем усмехнулся и кивнул.
— Практически иллюзионист, — добавил он. — Создаю ложные цели.
— Очень полезный навык, — согласился я. — Ну а ты? — я повернул голову к соседу.
Этот боец выглядел не очень. Бледный, с тёмными кругами под глазами. Похоже, его недавно латали, и он ещё не полностью оклемался от ранения.
— Тоже, — буркнул он.
Варягин, сидевший справа от водителя, повернулся к нам.
— Сейчас магов развелось, как собак не резаных, — посетовал он. — Больше только грёбаных мутантов. Хрен знает, во что мир превратился. Сказал бы кто неделю назад, что я буду всерьёз приказывать ребятам швыряться файерболами… а потом думать, куда вложить полученные очки, как в дурацкой игрушке… Короче, писец не подкрался. Он, сволочь, нагрянул как тёща, и сразу скалкой по башке.
Фокусник снова усмехнулся.
— Добро пожаловать в новый мир, где магия — это не сказка, а грёбаный хардкор.
Лекарь повернулся ко мне:
— Как самочувствие, молодой человек?
— Пока жив, — ответил я.
Он извлёк из инвентаря блистер с таблетками и выдавил одну, велел принять. Сказал, что антибиотик, чтобы заражение не пошло.
— Вы двигались к центру, а не из него, — заметил я, когда мы набрали скорость. — Не самое безопасное направление.
Варягин посмотрел на меня долгим взглядом, решая, стоит ли объяснять. Остальные тоже резко помрачнели.
— Когда всё это началось, мы были на базе, в промзоне, — ответил он, наконец. — А семьи у всех остались в городе. В центре. Мы ехали за ними. В надежде, что кто-то выжил.
Я промолчал. Глупо, безрассудно, но… до боли понятно. Я бы на их месте поступил точно так же. Ради своих родителей и сестрёнки я готов пойти на всё. В этом мы с ним похожи.