Змея резко запрокинула голову. Из её пасти вырвался поток едкой жижи. Кислота. Мать её, кислота! Густая, зеленоватая струя из змеиной пасти ударила в лобовую броню БТРа.
Бронетранспортёр резко сдал назад, но поздно.
Часть едкой жижи попала на броню и, что хуже, на ствол пулемёта. Металл зашипел, задымился, покрываясь пузырями. Вот же дерьмо! Не просто кислота, а какой-то концентрированный реагент. Он жрал даже броневую сталь!
Ствол, скорее всего, деформировался, нарезы теперь съедены, механизм подачи заклинило. Орудие, мгновение назад извергавшее смерть, замолчало. Оно дёрнулось ещё раз, пытаясь выплюнуть очередной патрон, и замерло. Монстр запросто мог уничтожить мишень, но… всё же это просто животное. Огромное, мутировавшее, но с примитивными мозгами.
Раненая змея, поняв, что противник слишком крепкий орешек, не стала испытывать судьбу. Она развернулась и стремительно поползла прочь. Огромное тело скользнуло между развалин, оставляя за собой след крови. Через миг она уже скрылась в руинах соседних зданий.
На улице воцарилась тишина, нарушаемая лишь ровным рокотом двигателя БТРа и моим собственным хриплым дыханием. Рана на спине горела адским огнём.
— Сбежала, тварь! — плюнула Искра.
— Ещё не вечер, — пробормотал я.
— Оптимистично, — фыркнула моя рыжая спутница.
Люки на броне БТРа начали открываться.
— Сейчас узнаем, с кем имеем дело, — мрачно сказал я.
Из машины высыпало несколько человек. У всех 5–7 уровень. В одинаковом камуфляже, с тактическим снаряжением, с оружием наперевес. Они двигались слаженно, профессионально.
«Профи, — отметил я. — Все прикрывают друг друга». Снаряжение качественное, не самопал. Бронежилеты, разгрузки, каски, даже у некоторых на автоматах коллиматорные прицелы. Это не оборванцы-бандиты Гвоздя и не отморозки-«Гладиаторы». Это солдаты.
Главный, мужчина лет пятидесяти с суровым, обветренным лицом и сединой на висках, вскинул руку, останавливая своих людей. Его взгляд, холодный и оценивающий, нашёл нас на крыше. Я прочитал над его головой:
Варягин — Уровень 11
— Эй, на крыше! — голос властный, привыкший командовать. — Вы живы⁈
Я переглянулся с Искрой.
— Пока что! — прокричал в ответ.
— Ранены⁈ — снова раздался голос командира.
— Есть немного!
— Спускайтесь, разберёмся!
В глазах Искры читался тот же вопрос, что и у меня: что делать? Бежать? Прятаться? Или выходить? С моей раной далеко не убежишь. Искра наклонилась ко мне, прикрывая рот рукой:
— А если это ловушка?
— Тогда нам уже хана в любом случае, — ответил я. — Но если это военные… у них может быть медик.