Он закрыл глаза и провалился в сон без сновидений.
Утром первого января они проснулись поздно. Ванятка уже сидел под ёлкой и разворачивал подарки — Максим тайком купил ему на рынке ещё одну машинку, поменьше, и книжку с картинками.
— Папа! Мама! Смотрите! — кричал он. — Ещё машинка! И книжка!
— С новым годом, сынок, — улыбнулся Максим.
День прошёл в ленивой неге. Никто никуда не спешил, никто не работал. Гуляли по заснеженному посёлку, катались с горки на санках, кидались снежками. Ванятка был на седьмом небе от счастья.
Вечером снова пришли гости — на этот раз только самые близкие. Опять пили чай, ели пироги, говорили о жизни. Максим чувствовал себя частью этого мира, этого времени, этих людей. И это было правильно.
— А что дальше будет? — спросил вдруг Воронцов, когда разговор зашёл о будущем. — Через пять лет, через десять?
— Будет война, — тихо сказал Максим, и все замолчали.
— Ты что, Егоров? — нахмурился Петров. — Зачем такие разговоры?
— Я не гадаю, я знаю, — ответил Максим. — Потому и строим. Потому и проектируем. Чтобы встретить её во всеоружии.
В комнате повисла тишина. Все смотрели на него, и в глазах была тревога.
— Ладно, — Петров поднялся. — Поздно уже. Пойдём, Мария.
Гости разошлись. Максим остался с Натальей.
— Зачем ты так? — спросила она. — Пугаешь людей.
— Они должны знать, — ответил он. — Не конкретно, но в общем. Чтобы понимали, зачем работают. Чтобы не расслаблялись.
— А ты не боишься?
— Боюсь, — честно сказал он. — Но работа помогает.
Она обняла его.
— Я с тобой. Что бы ни было.
— Спасибо, — прошептал он.
Так закончился первый день 1936 года. Впереди были новые чертежи, новые испытания, новые победы. И где-то там, за горизонтом, уже собиралась гроза.
Но пока они были вместе. И это было главным.
Энергия будущего
Второе января встретило Красноярск трескучим морозом. Термометр на стене конторы показывал минус тридцать пять, и даже солнце, ярко сиявшее на безоблачном небе, не могло согреть промёрзший воздух. Из труб бараков валил густой дым, люди кутались в тулупы и полушубки, торопливо перебегая от дома к дому.
Максим поднялся затемно. Наталья ещё спала, утомлённая праздничными хлопотами, Ванятка сопел в своей комнате, прижимая к себе новую машинку. Максим тихо оделся, умылся ледяной водой, наскоро перекусил оставшимися с вечера пирогами и вышел на улицу. Мороз обжёг лицо, защипало в носу. Он застегнул тулуп на все пуговицы, надвинул шапку поглубже и зашагал к заводу. По дороге встречались такие же ранние птахи — рабочие, инженеры, служащие, все спешили на свои места после короткого отдыха.