— Не только, вы когда-нибудь читали мифы о потерянном народе? — поинтересовался капитан.
— Я читала, — встрепенулась Маша. — Она про город, исчезнувший без следа.
— Так вот в летописях есть осталась такая запись: «По воли его и разумению ушёл народ и сгинул в лесах». Заметьте, там прямым текстом говорилось, что кто-то ими управлял!
Если все, что сейчас говорил Немиров, было правдой, то у нас были большие проблемы. Ведь я полагал, что Тёмные здесь появились недавно, а потому не успели развиться до чего-то сильного и по-настоящему опасного, но если они обитали здесь и набирали силу не одну тысячу лет…
— Не пугайте мне ребенка, — отшутился я.
— Какой я ребёнок! — наигранно возмутилась Маша и надула губки. — Я уже взрослая и самостоятельная!
— Тогда, почему сама не смогла оплатить себе платья? — в полушутливом тоне я продолжал общаться с сестрой.
— А где ты видел, чтобы взрослые и самостоятельные дамы сами себе оплачивали платья?
Я рассмеялся. В этих словах скрывалась вся двойственность женской натуры: желания подчиняться и быть свободной. И как только в них это уживалось?
В Пытовку мы вернулись за полночь. Ночь стояла пасмурная, потому без усиленного магией зрения ничего было не разглядеть. А так я сумел отметить крепко слаженный забор и новые ворота. Стоило отметить, что бойцы хана постарались на славу. В этом их было не упрекнуть.
После долгой дороги все тело затекло и начало дурно пахнуть, потому я слуге, встречавшему нас с зажженной лампадой, приказал натаскать воды в ванну, чтобы можно было ополоснуться хотя бы в холодной воде, а гостю показать его комнату. У нас как раз одна пустовала на первом этаже.
Войдя в дом, я с удовольствием заметил, что часть полов уже заменили. Плотник предусмотрительно не оставлял зияющих дыр в полу, чтобы никто в темноте случайно не провалился.
Поднявшись в свою комнату по скрипучей лестнице, способной разбудить добрую половину поселения, я скинул с себя одежду и ощутил бодрящую свежесть. Я поежился, и по телу пробежали мурашки. Чтобы хоть как-то согреться, я подошёл к небольшому камину и развел огонь, поскольку единственный слуга сейчас ушёл к колодцу за водой. Оказалось, что труба, шедшая на холодную воду, к моему приезду совсем прохудилась, и вода затопила подвал. Что же, придётся завтра заняться этим с самого утра. Не оставлять же домашних без возможности по-человечески умыться.
А пока дождешься слугу, можно было и совсем околеть. К тому же развести огонь было делом нехитрым. Всё нужное и так лежало рядом с камином.