Он судорожно, почти истерично, кивнул.
— Кто они? — спросил я, указывая подбородком в сторону леса.
— Н-наёмники, ваше сиятельство… Сброд… Их собрал один тип, из свиты князя, кажется… Не знаю имени! Клянусь! — он запищал, увидев, как Немиров делает шаг вперёд.
— Их задача?
— Диверсия… Поджечь склады, завод, если получится… Посеять панику… Их должно было быть больше, но часть куда-то ушла на север, с другим отрядом…
— Зачем ты? Что ты им рассказал?
— Я… я… — он заглотал воздух, глаза бегали по сторонам, ища спасения, которого не было. — Они обещали вернуть мне должность… Вернуть всё! Я знал про завод… Про попытки запустить его… Про слабые места в обороне на восточном участке… Старые дренажные трубы, заваленные хворостом… Их можно использовать, чтобы просочиться за стену…
Измена, подлая и мелочная, выливалась наружу вместе с его страхом. Он выложил им всё. Всё, что знал. Каждый кирпичик нашей обороны, каждую нашу слабость.
— Кто их настоящий командир? Тот, кто собрал? Опиши его.
Ян, дрожа всем телом, зажмурился, пытаясь сосредоточиться.
— Худой… Высокий… Говорит тихо, носит перстень с тёмным камнем… Глаза… глаза очень холодные. Все его слушаются, даже самые отпетые головорезы. Зовут его… кажется, Лысак? Лисак? Что-то такое…
Лысак. Это имя никак не отозвалось в памяти Миши. Значит, кто-то действовал чужими руками.
Я отступил на шаг, дав знак стражникам. С меня было достаточно.
— В ледник. Под усиленный караул. Живым и невредимым. Он нам ещё пригодится, — распорядился я.
Его поволокли прочь, и его скулящий голос скоро затих в ночи.
Я повернулся к Немирову.
— «Дренажные трубы». Закрой их. Расставь лучших лучников. Пусть ждут. Если они решат воспользоваться советом Яна, встретьте их так, чтобы ни один не ушёл.
— Будет сделано, — кивнул капитан и скрылся в темноте, отдавая тихие, чёткие приказы своей пятёрке.
Я остался один в круге света от догорающих факелов. Тишина снова сгущалась вокруг, но теперь она была другой. Мы знали направление удара. Мы были готовы. Ночь ещё не закончилась, и атака могла начаться в любой момент.
Я снова поднялся на стену, вглядываясь в непроглядную тьму леса. Где-то там бродили сорок перепуганных суеверных головорезов. Где-то там шёл на север и ещё один отряд. И где-то там… стояла та Фигура. Наблюдатель. Тёмный — в этом я не сомневался.
«Хорошо, — подумал я, обращаясь к ночи. — Смотри. Смотри и запоминай. Ты увидишь, как мы дерёмся. Как мы выживаем. Как мы становимся сильнее».
Я положил руку на холодный камень парапета. Пустота внутри ответила мне ровным, уверенным гулом. Она была готова. И я был готов.