Я сделал шаг вперёд, максимально сокращая дистанцию со зрителем.
— Завтра, ровно в восемь утра, двери «Империи Вкуса» откроются. Но не только для того, чтобы накормить вас завтраком. Мы начинаем прямую продажу настоящего соевого соуса.
Света за кадром показала мне большой палец. Это был наш главный козырь. Мы разоблачали врага и предлагали решение.
— Цена будет фиксированной, — твёрдо произнёс я. — Никаких наценок. Никакого дефицита. У нас его достаточно, чтобы хватило всему городу. Мы обрушим рынок спекулянтов и вернём вам право на честную еду.
Я взял флакон «Чёрного Дракона», который всё ещё стоял на столе.
— А с этим… — я подошёл к кухонной раковине, — … с этим поступайте так, как оно того заслуживает.
Я открутил крышку и перевернул флакон. Фиолетовая струя полилась в слив, исчезая в тёмной дыре канализации.
— Не ешьте ложь, друзья. Она плохо переваривается. С вами был Игорь Белославов. Приятного аппетита тем, кто выбрал правду.
— Стоп! Снято! — крикнула Света. — Эфир окончен!
Красная лампочка погасла. Я выдохнул и опёрся руками о стол. Адреналин начал отступать, оставляя после себя лёгкую дрожь в коленях.
— Ты видел цифры? — Света подлетела ко мне. — Семьдесят тысяч в пике! Это рекорд канала! Ты их уничтожил, Игорь! Просто размазал!
— Это было… эффектно, — признала Лейла, убирая со стола реквизит. — Особенно момент с молоком. Бабушка бы оценила такую жестокость.
Я посмотрел на пустой флакон Свечина, валяющийся в раковине.
— Это не жестокость, Лейла, а санитарная обработка. Мы просто смыли грязь.
— Печорин прислал сообщение, — Света уткнулась в телефон. — Пишет, что акции заводов Свечина упали на двенадцать пунктов за время эфира. И продолжают падать. Он в восторге.
— Ещё бы, — хмыкнул я. — Стас любит, когда деньги перетекают в правильные карманы.
Я снял китель и бросил его на стул. Усталость навалилась бетонной плитой. Но внутри было чувство глубокого удовлетворения.
Мы выиграли этот раунд. Не силой, не магией, а простой физикой.
— Ладно, команда, — сказал я. — Отдыхаем. Завтра будет тяжёлый день. В восемь утра здесь будет очередь до самого вокзала. Нам нужно подготовить склад и кассы.
— Захар уже грузит бочки, — кивнула Лейла.
— Отлично.
Улица перед «Империей Вкуса» напоминала поле битвы, на котором только что объявили перемирие ради раздачи пайков.
Я стоял у окна и пил кофе. На часах было без пятнадцати восемь, а хвост очереди уже заворачивал за угол, теряясь где-то в районе цветочной лавки.
Люди стояли плотно. Здесь были все: сонные студенты, домохозяйки с авоськами, пенсионеры и даже приличные господа в костюмах, которые стыдливо прятали глаза за газетами.