— Доказательств у меня, ваше императорское величество, нет, — ответил он. — Однако кое-какие намёки имеются. Я сейчас прорабатываю версии, если пожелаете, я могу закончить и рассказать, что мы здесь думаем, а могу прийти уже с фактами, чтобы никого не оболгать.
Не впервой такой подход использовал Борис Емельянович. А потому прекрасно знал — император не любит платить за свои ошибки, а обвинить кого-то придётся обязательно. И если впоследствии окажется, что слово императора — ошибка, это может дорого стоить правящему роду. У одного государя за такое корону отобрали вместе с головой.
— Я их успокою пока что, — принял решение его императорское величество. — Но ты мне предоставишь железные улики против тех, кто это творит. Мы поняли друг друга, Боря?
— Поняли, государь. Как только у меня будет чёткий ответ, я тут же вам сообщу.
Тот положил трубку, и глава государственной безопасности выдохнул. Немного времени он себе выиграл, а теперь пришла пора действительно найти эти самые намёки, иначе уже ему не сносить головы.
В дверь постучался помощник, и хозяин кабинета разрешил войти.
— Вы просили напомнить, когда принцесса Элендора пересечёт портал, Борис Емельянович, — озвучил причину своего появления подчинённый. — Только что она с Князевым перебралась на ту сторону.
Несколько секунд глава государственной безопасности смотрел на своего помощника, и в его голове вертелись шестерёнки. Мозаика складывалась. Он ведь считал, что в деле замешаны подданные Российской Империи.
Но кто, скажите на милость, из русских людей готов поручиться, что жрица Морвель, богини Смерти, не знает чёрной магии? На неё никаких запретов не распространяется. И единственным оправданием для Ликсис Талии служит тот факт, что она перед отъездом всё время провела либо в Кремле, либо в особняке Князевых.
Но она сама вышла на Ярослава Владиславовича, провела с ним не один день. Жила в гостях у его семьи. Могла жрица передать знания барону Лесному в виде любезности или даже платы за гостеприимство? Всё же Князевы Ликсис Талию одели воистину по-королевски. Да она выглядела богаче дочери императора!
А Горлов и Князевы перед первым отправлением Ярослава в Аэлендор повздорили. Что-то там за история была между наследником Горловых и младшей сестрой Князева.
— Сукин ты сын, барон, — прошептал Борис Емельянович.
Его подчинённый с непониманием глядел на своего начальника, и тот махнул рукой.
— Машину мне!
— Сию секунду, Борис Емельянович, — ответил помощник. — Кого предупредить о вашем визите?
— Владислава Константиновича Князева, — распорядился глава государственной безопасности. — И предупреждать его ни о чём не нужно.