Я только вздохнула. Аспер есть Аспер. Отвечать на это не было никакого смысла. Да и ощущение складывалось, будто он провоцировал скорее по привычке, и сейчас его занимало нечто иное, чем обычная, приносящая удовольствие игра.
— Почему ты такой? — спросила я, подойдя ближе. — Я мало что помню из нашего общего детства, но помню, что нам было весело, и ты был совсем другим, казался теплее, человечнее. Что с тобой случилось, Аспер? Что произошло между нами? Почему мы перестали быть друзьями и…
Аспер не ответил. И вместо этого задал свой вопрос.
— Как ты это делаешь? Как ты сожгла дверь и заставила кофе вскипеть?
— Я не знаю, — честно ответила я. — Магия — штука сложная.
Третий раз за день я слышу этот вопрос. Второй раз вру.
— Ты можешь идти. Мне твои услуги больше не требуются.
Следовало подчиниться. Напавшая на Аспера меланхолия играла мне на руку. Может быть, она продлится до вечера? Я спокойно отработаю за маму смену, и на этом его желание будет выполнено.
Но я хотела задать еще один вопрос.
— Помнишь, как-то раз в детстве мы играли в саду? Я еще спросила: «Кем ты хочешь стать, когда вырастешь?» И ты сказал, что не вырастешь. Аспер кивнул:
— А ты сказала, что это невозможно.
— Я тогда плохо знала мужчин. Но тогда в сад пришел мой отец. И я хотела узнать, что он здесь делал? Разве ему был разрешен вход во дворец? Вообще, почему мы с тобой дружили и играли здесь? Я смутно могу представить, чтобы мама брала меня на работу… это как-то странно.
— Никогда в жизни не видел твоего отца.
— Но…
Аспер меня перебил:
— Ты просто была здесь, и я никогда не спрашивал, откуда ты взялась и кто ты такая. Ты была всегда. А потом… все закончилось.
— Что именно закончилось? Почему мы перестали дружить?
Аспер обернулся, и в его ледяных глазах я увидела то же самое, что и в своих.
Мы оба не помнили.
Надо признать, отработав целую смену в качестве горничной, я прониклась к маме уважением и стала на нее чуть меньше злиться. Наверное, если бы я всю жизнь так тяжело работала и каждый день видела роскошь, которая мне никогда не будет доступна, я бы тоже была не самым приятным человеком.
Я заправила, наверное, несколько десятков постелей, протерла тысячи полок и отдраила две огромные ванны. Дашковы больше меня к себе не вызывали, и остаток дня прошел достаточно спокойно. Я чувствовала, что легко отделалась — по счастливой случайности и благодаря неожиданному всплеску магии. Оставалось только надеяться, что Аспер удовлетворился моей кротостью и покорностью и предоставит иммунитет Сергею.
Я вернулась домой глубоко за полночь, едва переставляя ноги. Заглянула к родителям, чтобы узнать, как мама, и нашла ее спящей. Папа мне виновато улыбнулся: