— Ночь опускается на Петербург, — произнес Дашков.
И мы дружно надели маски.
— Просыпаются заговорщики.
Я старалась вслушиваться в звенящую тишину, но не услышала ни единого звука, ни шороха, ни вздоха, который помог бы определить, кто из участников стал заговорщиком. Через некоторое время, буквально несколько минут, Дмитрий снова заговорил:
— Заговорщики засыпают. Солнце встает над Невой.
Снимая маску, я успела подумать: неужели испытание будет обычной игрой в мафию? Никаких тебе магических штучек. Никаких подстав и смертельных ловушек. Затем услышала:
— Но для Ярины Огневой день не наступит.
И отключилась. Вот тебе и мафия.
На удивление, когда я открыла глаза, то не почувствовала никаких последствий обморока, если вообще это был обморок. И еще к большему удивлению я обнаружила, что лежу на улице — обычной такой, уютной петербургской улочке.
— Интересный поворот, — пробормотала я, поднимаясь.
Рядом раздалась отборная ругань. Я повернулась и увидела, что в нескольких метрах точно так же на земле лежит Аспер. А еще чуть поодаль я увидела Светлова. Других участников в обозримом пространстве не было, и я сделала вывод, что отключились только мы втроем, наверное, после моего имени назвали их.
Аспер поднялся, продолжая ругаться. К нему подошел Светлов и заржал, хлопая его по плечу.
— Прости, капитан, но это очень смешно.
— Очень смешно, — пробурчал Аспер. — Идиоты, клинические идиоты.
— О чем это вы? — спросила я.
— Меня, — пояснил Михаил, — назвали заговорщиком. Назвал Вишневский. А его…
Он снова фыркнул и показал на Аспера.
— Слили свои же.
— Ну, разве не идиоты? — возмутился Дашков.
— Так вы были заговорщиками? — спросила я.
— Нет, я был обычным подданным, Аспер тоже. Дмитрий Дашков не такой идиот, чтобы сливать в первом же раунде трех сильнейших участников. Чего не скажешь о наших товарищах. Хотя я бы на месте твоих, Искорка, тоже слил нас. Но вот наши… слов нет.
— Ладно, — вздохнула я. — Тогда скажите мне, пожалуйста, где мы и что мы вообще здесь делаем? Как мы здесь оказались? Потому что я что-то не очень понимаю.
— Хотелось бы знать, — пробормотал Аспер, оглядываясь. — Я о таком эффекте и не слышал.
— Разве брат не рассказывает тебе о загадках? — спросила я.
— Нет. Он закрылся и держит меня подальше от места, где разрабатывают испытания.
Светлов снова фыркнул.
— Ладно, — сказала я. — Предлагаю найти какую-нибудь табличку, понять, куда нас выбросило и, наверное, вернуться к дому «Зингер».
Парни кивнули. Вряд ли Аспер был в восторге от того, что приходится объединиться со мной, но какой у него был выбор? Судя по всему, он действительно был удивлен тем, что случилось, и подобного поворота от игры в мафию не ожидал.