И если двух из них смог прикрыть своим белесым щитом их стоящий в отдалении барьерщик, как одного молодого наследника ранее, то недавно выпустившего ту самую шаровую молнию парня с синеватыми волосами смог спасти исключительно его костюм. Да и то не полностью, ибо персональное синеватое защитное поле лопнуло, а дальнейший удар уже пришёлся на тонкие бронепластины, заодно отправляя молодого аристократа в непродолжительный полёт до ближайшей стены арены. Тем самым гарантируя парню получение как большого количества синяков, так и выбывание из дуэли, ознаменованное созданием вокруг него золотистого барьера одним из сотрудников школы. Под прикрытием которого молодой аристократ вскоре и покалывает к выходу, дабы затем попасть в заботливые руки одного из штатных школьных целителей. Покуда два оставшихся у дикарки противника наконец-то закончат с формированием их комбинированной техники — их главного козыря в этой схватке! Что принял форму ужасающего на вид огненного смерча, понёсшегося своей горловиной прямиком на бастардку! Дабы по итогу столкнуться там с каменным куполом — растерзав и частично оплавив тот за сущие секунды! И окажись под тем чернокожая, её бы смогло спасти от серьёзных ранений и ожогов исключительно вмешательство сотрудников арены, да и то не факт. Вот только её там не оказалось — лишь дыра в земле.
— Хорошая попытка, мальчики — это было жарко! — сообщила немного подкопчённая чернокожая бастардка, когда её исторгла земная твердь прямо за спинами её соперников. Одновременно с чем в оные спины было направлено большое такое количество каменных шипов, выросших прямо из земли. — Эх, а я ведь берегла этот свой козырь до турнира, вот же-ш-ш, паразиты благородные, удивили, засранцы… — печально вздохнула девушка, после как окончательно вывела из дуэли и этих двоих. Дабы затем скучающим взглядом пронаблюдать за тем, как её брат в образе каменного гиганта ломает их троюродному кузену-идиоту ноги, покуда оставшийся в гордом одиночестве барьерщик успевает начать орать о том, что сдаётся…
И вновь Генри.
Наблюдая за тем, как мои новые чернокожие знакомые отделывают своих недругов, я размышлял и анализировал всё в целом и по отдельности.
И саму прямоугольную арену, отмечая тот факт, что кто-то умный додумался утопить её в земле на целый этаж, а также сильно так заморочился с тем, что она собой представляет.
И то, как тут обеспечивается как защита зрителей — в частности, бронированными стёклами перед трибунами, так и самих участников, смертность у которых, как оказалось, околонулевая.