— Белый! — прошептал он.
Невероятно… Да это же беззубый дракон, растерявший за века свою силу, но все еще хранящий свои сокровища! Никто не должен об этом узнать. Сейчас, пока все отвлечены грядущей войной, для него открылся уникальный шанс — осталось только найти врага.
А дальше все будет просто: карта принудительного вызова на Арену, который нельзя отклонить или проигнорировать. И на Арене, где условием Эларорха будет только использование карт, он легко сможет прикончить вора. Потом еще одна редчайшая карта — и не только заслуженные трофеи, но и ключ от личного дома на сутки достанется победителю, откуда тот сможет забрать все, что пожелает. Именно там, среди прочих сокровищ, он и найдет украденное у его гильдии.
Погруженный в свои мысли, он, не прощаясь, покинул Оракула. А та лишь усмехнулась, провожая гостя взглядом. След из хлебных крошек, оставленный ворами, сумел обмануть хозяев, завязав новые узелки линий судьбы и приведя к неожиданным развилкам. Что ж, за этой историей она с удовольствием продолжит наблюдать. Оракул даже невольно снова почувствовала проснувшийся интерес к тому, чем же все закончится.
— Далай астурхан, — прошептал Вигри, разглядывая серую каменную громаду, испещренную сотнями крохотных окошек.
«Могила тысячи воинов», если он верно помнил перевод с тану-шиканского. Именно сюда отступили после недолгой, изначально проигрышной гражданской войны те приверженцы старых хозяев, что не успели уйти вместе Алькарами. Их преследовали — победители не желали оставить в покое побежденных, опасаясь, что через них ушедшие крылатые и дальше будут вмешиваться в жизнь отринувших служение.
Здесь, в стенах цитадели Древних, гремели схватки, кровь густо текла по камням внутренних коридоров. Верные щедрой рукой сеяли смерть, зная, что им больше некуда отступать, поскольку открыть портал во Внешние миры не удалось.
Даже загнанная в угол крыса страшна, что уж говорить о сотнях воинов, и в какой-то момент победители отступили, устав терять товарищей и друзей, просто замуровав внешние проходы цитадели — пусть голод и жажда сделают свое дело за них. Пару раз осажденные пытались вырваться наружу, но в этом случае сила была не на их стороне. А после настала тишина, та, что не оставляет вопросов, почему она пришла. Чтя общую кровь и доблесть врагов, победители не потревожили покой мертвых, оставив замурованными проходы внутрь, а после ведьмы лишь нанесли охранные знаки, защищающие живых от гнева мертвых.
Много крови, много смертей, гнев и ненависть к живущим, тела, так достойно и не погребенные… Погибшие здесь не обрели покоя: стоя возле могильника, Вигри чувствовал их ярость и желание отомстить всем живым. Лишь сила охранных знаков удерживала немертвых внутри. Но это его не пугало: он видел много погибших городов, забытых склепов и курганов — его поиски никогда не были легки, и гнев мертвых его мало пугал. Ожившие мертвецы, призраки, личи и духи — он сражался с ними и побеждал, не отступит он и сейчас, когда желанная награда наконец-то так близка.