— Нет, спасибо.
Пока обойдусь. Хватит и намёков.
Прямой приказ наноботам — это слишком расточительно, да и эффект кратковременный, а вот бросить сотню нано на то, чтобы получить пару пунктов к телосложению было бы неплохо. Общее укрепление организма ещё никому не мешало, глядишь оно заодно поможет и в этом вопросе. К сожалению, сейчас свободных наноботов не так много, их стоит оставить на экстренный случай, а вот с завтрашней порции сотню единиц выделить вполне реально. Надо будет каждый день повышать хотя бы один параметр тела, чтобы соответствовать всё больше сходящему с ума окружающему миру.
— Ладно пошли, — я поднялся на ноги, глубоко вздыхая и тут же закашлялся от вони, — чёрт, ну и вонища.
Я ожидал, что в закрытом помещении она станет ещё гуще, но то ли нам попались особо чистоплотные заражённые, выкидывающие недоеденные трупы на улицу, то ли недобитые сборщики сами из последних сил выползали из кафетерия, где их воспринимали исключительно в виде еды, но внутри никаких тел не наблюдалось, хотя склизкие следы сборщиков были видны повсюду: и на стёклах витрин, где когда-то стояли готовые блюда для посетителей, и в крохотной кухоньке, которую было видно через открытую дверь. Там все бадьи и кастрюли были перевернуты вверх дном и валялись на полу, а их содержимое сначала, видимо, было разлито по всему кафелю, а затем дочиста вылизано сборщиками. И пока они этим занимались, пара бывших работников заведения жрали их, продолжая таким образом круговорот калорий в природе. Хорошо, что они жрут друг дружку, если бы все усилия по умерщвлению были бы направленны только на нас, было бы гораздо труднее. Интересно оставили ли они хоть что-нибудь нам, кроме покусанного сборщика? Надо проверить, хотя одна мысль о том, чтобы питаться тем, что найдено в этом месте, опять вызывала лёгкую тошноту, однако можно предположить, что в будущем никаких других источников питания и не останется, если мы конечно, не научимся жрать самих монстров, но об этом думать сейчас совершенно не хотелось.
— Так, Зуб, я вперёд, а ты смотри осторожней, бутыль с бензом не разбей, повсюду железки разные торчат.
Я ещё раз посмотрел разбитые витрины, но ничего подходящего не нашёл, остатки того, что там было, сейчас лежали на полу, хрустя под ногами осколками битых тарелок или шурша выпотрошенной упаковкой. После всего здесь увиденного идти дальше мне совершенно не хотелось, но обёртки от шоколадных батончиков, разбросанных повсюду и надежда добыть несколько таких в целости и сохранности, заставили меня отбросить брезгливость и чувство тревоги, не покидавших меня с того самого момента, как мы подошли к этой стоянке.