Окружающая экосистема часто порождала ошибки распределения генетического материала: врожденные признаки конфликтовали с приобретенными мутациями. Биоматериал скапливался бесполезным балластом, но для стороннего химика такие обрезки служили превосходным ресурсом.
Вечером ради любопытства я провел грубую интеграцию бросового панциря под собственные ткани в области брюшной полости. Атрибут полноценно не закрепился в нервной системе и ощущался плотным неподвижным комком под кожей. Зато теперь заточенная сталь уперлась в хитин и окончательно потеряла убойную мощь.
— Значит, правила такие, — кивнул я человеку, по-прежнему вцепившемуся в свой тесак.
Моя рука метнулась вперед по оптимальной траектории, исключающей силовую борьбу. Нападающий подался корпусом, продавливая нож и предоставляя мне чистую кинетическую энергию, что делало его уязвимым.
Сместив центр тяжести, я пропустил массу грабителя мимо себя и зафиксировал его голеностоп стопой. Потеряв опору, человек рухнул по направлению моего развернутого торса. Жестким ребром ладони я продавил узкую область под его ухом над узлом блуждающего нерва, мгновенно сбивая противнику ориентацию в пространстве. Пока падающее тело находилось в секундном параличе, моё поднятое колено врезалось в височную кость бандита, а пальцы надежно сдавили зону второго шейного позвонка, блокируя возможность сопротивляться.
Лезвие вошло с сухим тихим звуком. Магия или сверхсила здесь не требовались — хватило чистой биомеханики и знания уязвимых точек. Я обошёлся без затрат энергии, просто обратив массу противника против него самого.
В прошлой жизни я вскрыл сотни видов самых разных существ. Анатомия обычного человека на их фоне казалась примитивной, а убийство вышло до зевоты лёгким.
Двое уцелевших грабителей оцепенели. Они переводили взгляд с меня на мёртвого подельника и обратно.
— Он Одарённый! — выдавил один из них. — Вали его! Он Фёдора убил!
Я повернул к ним голову.
— А в чём проблема? — спокойно спросил я, всё ещё держа руку на рукояти ножа, торчащего из живота. — Он сам мне правила объяснил. Или ты, или тебя.
Ухватившись за рукоять обеими руками, я с силой выдернул лезвие. Металл со скрежетом покинул слой хитиновой брони под моей кожей.
— Кстати, неплохая игрушка, — я крутанул нож в пальцах, проверяя баланс. — Где украли?
От моей улыбки оба грабителя разом побледнели.
Я привычно подбросил трофей, собираясь перехватить рукоять на лету. Мышцы сработали криво. Клинок крутнулся в воздухе, мазнул по пальцам и с грохотом рухнул на доски.
Рассинхрон между мышечной памятью души и возможностями нынешнего тела оказался сильнее, чем я рассчитывал. Придётся увеличить часы тренировок, иначе ронять оружие перед подобными оборванцами будет слишком унизительно.