Выйдя на крыльцо клиники, я сразу же ощутил вибрацию асфальта. Город содрогался от гула машин, лязга металла и человеческих криков. На фоне надрывающихся сирен вдалеке раздавались ритмичные удары зениток, расцвечивая облака жёлтыми вспышками.
Толпа хаотично растекалась по переулкам. Владельцы соседних магазинов суетливо стягивали вниз металлические ролеты, наглухо блокируя витрины и входные двери в надежде переждать опасность.
Угроза уже нависла прямо над крышами. Небо перекрыла плотная стая крылатых созданий с вытянутыми силуэтами. Кожа этих существ напоминала бугристый панцирь, а на спинах топорщились складки ткани, которые прямо в падении разворачивались в перепончатые плоскости, превращая падающие тела в живые глайдеры.
Твари стремительно снижались. Они проламывали черепицу на домах, сминали кузова припаркованных машин, сносили пластиковые вывески и рвали провода уличного освещения.
Системы ПВО прошили воздух сеткой пулемётных очередей. Сразу несколько туш вспыхнули и сорвались в штопор, ударившись об асфальт, однако основной поток уцелевших особей лишь слегка вильнул в сторону. Зенитки не справлялись с плотностью стаи: на место каждой уничтоженной цели немедленно сдвигалась новая.
Меня мучил закономерный вопрос: почему системы оповещения сработали с таким чудовищным опозданием, когда передовые особи уже утюжили кварталы. Защитный периметр явно дал сбой.
— Вот это да, — выдавил Кеша, царапая мне плечо когтями. — Даже по телевизору таких не показывали. Что будем делать, хозяин?
Я быстро оглядел фасад клиники и наше толстое стекло, которое вряд ли выдержит прямой таран.
— Обороняться. Нам металлических ставней не завезли.
Монстры били по любым доступным целям. Крайний оторвал кусок профнастила с соседнего здания. Ещё один на полной скорости влетел в бетонный столб, заставив конструкцию опасно накрениться. Они методично ломали и уродовали инфраструктуру, подчиняясь не тактике, а примитивному рефлексу уничтожения. С таким подходом стены нашей ветеринарки скоро превратятся в щебень.
— Чего им тут надо? — удивился попугай.
— Здание пропитано фоном магической энергии. Для них этот выброс работает как пищевая приманка, — быстро проговорил я, не спуская глаз с неба. — Потому все легальные лаборатории химерологов убирают глубоко в бункеры или выносят за периметр.
В конце квартала мелькнул женский силуэт. Мать тащила за собой спотыкающегося ребёнка к открытой двери подъезда, и в тот же миг от основного роя откололся одиночный хищник, падая в их сторону.