Мы смотрели какой-то боевик. Я прижалась к Курту, а его пальцы, скользящие по моей шее, быстро отвлекли меня от экрана. Моя рука блуждала по его груди, опустилась ниже, наткнулась на твёрдую выпуклость. Я улыбнулась в темноте и погладила его через ткань. Он тихо застонал.
«Могу я доставить тебе удовольствие, Курт?» – прошептала я, скользя большим пальцем от основания до кончика. Я встретилась с его взглядом.
Он кивнул, и в его улыбке было обещание. Я задрала его рубашку, расстегнула ремень. Он помог, и брюки сползли. Я облизнула губы, предвкушая его вкус, и опустилась на колени на диване, приняв его в рот.
Мир сузился до его кожи, его звуков, его соли на моём языке. Я наслаждалась властью, которую это давало – властью дарить удовольствие, быть источником его стонов. Потом я почувствовала чужую руку на своей голени. Я вздрогнула, но Курт, казалось, ничего не заметил. Или сделал вид.
Я продолжила. Рука скользнула выше по моему бедру, под платье. Кто-то стянул с меня трусики. Я замерла на мгновение, молясь, чтобы это не принесло боли, но продолжала ласкать Курта, пытаясь сосредоточиться. Пальцы нашли мою киску, уже влажную от возбуждения и страха.
Я застонала, когда чьи-то губы прильнули ко мне сзади. Язык проник внутрь. Я вскрикнула, сжав сильнее Курта.
«Тебе нравится, Engel ?» – спросил Курт, его голос был густым.
«Ммм…» – я кивнула, не в силах вымолвить больше.
«Я хочу слышать, как ты наслаждаешься. Сделай это для меня». Он потянул меня за волосы, оторвав от себя.
Я встретилась с его взглядом. Он улыбался. Затем он перевернул меня на спину, стянул платье, расстегнул бюстгальтер. Я оказалась обнажённой перед всеми. Тони лежал между моих ног, его тёмные глаза смотрели на меня с озорным вызовом, прежде чем он снова склонился ко мне. Его язык на моём клиторе был Хозяинским, безжалостным.
«О, Боже…» – вырвалось у меня, когда я почувствовала, как нарастает волна. Это было слишком быстро, слишком публично. Но запретность лишь подливала масла в огонь. Я выгнулась, вскрикнула, и оргазм прокатился по мне, оставив после себя дрожь и ошеломление.
Тони посмотрел на меня, облизывая губы. «Ты восхитительна, Анна. Возможно, мне понадобятся секунданты». Он снова лизнул меня, и я вздрогнула. «И третьему тоже».
Я лениво улыбнулась, чувствуя странную, пьянящую смесь стыда и гордости. Я бросила взгляд на Сета. Он сидел в кресле, наблюдая, его рука медленно двигалась под тканью джинсов. Трое мужчин. Моя стихия. Здесь, в этой роли, я была уверена, знала правила. Я могла угодить. И надеялась, что они не причинят боли – во всяком случае, не той, от которой хочется кричать.