Елисей усмехается, но в его усмешке нет злобы, скорее горькая ирония.
— Доктор, мы уже прошли пятерых специалистов. Все они говорили примерно то же самое. А наша нервная система по-прежнему сходит с ума. Вы эксперт по человеческому желанию. Может, стоит попробовать язык тела и практический опыт, а не только слова? Мы могли бы… продемонстрировать суть проблемы.
Сердце замирает.
Боже правый! Они предлагают мне заняться с ними сексом! Я их врач! Это абсолютно недопустимо! Нарушение всех мыслимых этических норм! Я не могу, не имею права!
— Это исключено, — качаю головой, чувствуя, как жар поднимается к щекам. — Вы мои пациенты. Врачебная этика исключает любые личные контакты. Я не могу переступать эту черту.
— Этика не лечит, — тихо говорит Булат. Его серые глаза смотрят на меня прямо, заставляя съежиться от этого пронзительного взгляда. — Иногда она лишь прикрывает страх. Страх признать, что традиционные методы бессильны.
Елисей встает и делает медленный круг вокруг моего кресла. Его движения плавные, уверенные.
— Вы боитесь. Не нас. Себя. Потому что чувствуете то же, что и мы. Эту… химию, — он останавливается рядом со мной. От него пахнет древесным парфюмом с нотками амбры. — Вы красивая, умная женщина, Руслана. А мы два мужчины, которые видят в вас не только доктора в строгом костюме. Мы видим женщину. Красивую и сексуальную. Готовую к экспериментам.
Слова Артема звенят в ушах: «Фригидная. Бревно. Толстая». Сжимаю руки в кулаки, ногти впиваются в ладони.
— Это неприемлемо, — говорю, но голос предательски срывается, выдавая внутреннее сомнение.
В этот момент поднимается Булат. Он подходит ко мне с другой стороны. Два мощных тела, два полюса: горячая магнетическая энергия Елисея и холодная неумолимая сила Булата зажимают меня в тиски. Не физически, а психологически.
— Мы не причиним вам вреда, — его низкий голос кажется таким же твердым, как он сам. — Мы просим о помощи. Единственным способом, который для нас работает. Мы устали от боли.
Елисей мягко кладет руку на мое запястье. Его прикосновение обжигает даже через ткань пиджака.
— Доверьтесь нам, Руслана. Хотя бы на минуту. Доверьтесь тому, что вы чувствуете, а не тому, что вам диктуют правила. Вы же хотите доказать себе, что вы живая? Желанная?
Нет, нет, нет! Я врач! Я не могу! Это конец моей карьере, мой профессиональный крах! Прекрати! Останови их! Скажи «нет»!
Но вместо гнева и отторжения я нахожу внутри только оглушительную пустоту и щемящее, давно забытое чувство: желание чувствовать себя женщиной. Натиск мужчин не агрессивен, он… убедителен.