— Эй! Стоп! Позже доспите… — тороплюсь привлечь внимание. — Разговор есть…
— А до утра нельзя подождать? — не менее ворчливо интересуется Жан.
— Можно… Но я ухожу. А перед этим хотел вам денег дать…
Хорошее слово «деньги». Всегда вызывает энтузиазм. Разбойники тоже оживились. Мгновенно проснулись.
— Садитесь… Есть что обсудить… — а чтобы поддержать интерес, многозначительно трясу кошельком Бороды.
Жду пока ребята усядутся и продолжаю:
— Мне нужно отлучиться.
— Надолго?
— Как получится. Может быть, на неделю. Может, на месяц… А может быть, и до весны. Сейчас сложно сказать.
— И далеко собрался?
— Хочу к нашему графу в гости наведаться.
— Что там делать так долго? — удивляется Джон. — Я в самом замке не был. Но внешне он не так уж велик. За час можно вокруг стен обойти.
— А ты думаешь, я через несколько дней успею разведать, где граф хранит казну, и как до нее добраться? А главное, как выбраться с добычей?
Разбойники переглядываются и надолго умолкают, подчеркивая тем, что прониклись широтой и глубиной моего замысла.
— Без нас? — уточняет чуть позже Жан тоном незаслуженно обиженного ребенка.
— Куда я без вас денусь? — говорю успокаивающе. — Только на вас весь расчет. Одному никак не справиться. Думаю, золота там много. Пудов пять… если не больше. Но сначала надо все хорошо разведать и присмотреться. А в этом деле чем меньше народа, тем лучше.
— Это так, — соглашается Джон. — А что нам делать, атаман? Пока тебя не будет? Самим грабить?
— Вот об этом и разговор.
Я высыпаю на дно какого-то бочонка содержимое кошелька Бороды. Как и ожидал, он наполнен серебряными монетами, среди которых сиротливо отсвечивают желтизной четыре дуката.
Ну, золото разбойникам ни к чему. Не того полета птицы, чтобы полновесными дукатами рассчитываться.
— Значит так… У каждого из вас уже есть одна золотая монета и сабли, тоже оцененные в один дукат. Верно?
Разбойники просматриваются и кивают.
— А вместе это будет четыре дуката. Верно?
— Мы… это… считать не умеем, — отвечает за обоих Джон. — Добычу Борода делил. Ты, атаман, сам рассуди… Мы тебе верим.
Теперь понятно, почему из всей стаи только у атамана было серебро, а другие довольствовались медью. Хотя арифметика, наука сложна. Никто сам себя не обсчитает. Нет-нет, да и ошибешься в свою пользу.
— Хорошо. Это просто. Я к тому, что у вас уже есть четыре дуката, значит, будет справедливо, если эти четыре я возьму себе. Верно?
Джон с Жаном снова переглядываются и пожимают плечами.
— Да… если у нас четыре, то пусть и у тебя будет четыре.
— Прекрасно… Тем более что все это серебро оставляю я вам. — Слегка пододвигаю кучку монет к ребятам. — Хватит до весны прожить? Чтобы не разбойничать?