– Я долгое время искал цель своего существования и пришёл к тому, к чему приходят многие: его нет. Тогда я твердо решил, что, буду всеми способами помогать другим людям в надежде, что они решат эту загадку. Ведь у них в головах смысл жизни есть. Тогда, возможно, есть смысл в принципе. Ведь если хотя бы один человек знает ответ, как вид мы имеем смысл на существование. Поэтому я Ликтор. Поэтому я берегу их жизни, лишая жизни других. Поэтому я живу. Мне не нужен Экситейтор, чтобы понять нашу общность. Мне не нужен ответ для себя. Я вполне допускаю, что ответа пока просто нет. Но по меркам вселенной не так уж и давно существует загадка по имени «человек», и однажды её решат. Я лишь помогаю это человечество сохранить. Не вести, но оберегать. Сделать то, что сумею, и кто-то, возможно, продолжит моё дело после меня.
Кадет была слишком близко к моему лицу, словно хотела впитать каждое слово, что я говорил. К такой близости я был не готов, поэтому достал свою библию–портсигар и выудил оттуда сигарету. Немного потерев её в ладонях и понюхав терпкий табак, я не смог остановиться на этом и, зажав губами фильтр, готовился прикурить. Однако впервые за долгое время я делал это не для того, чтобы выгнать из организма Экситейтор, а лишь за тем, чтобы заглушить обычный стресс.
– Псевдофилософская бурда? – чиркнув спичку, я поднес пламя к свободному концу сигареты, после чего немного потянул через неё воздух, чтобы дать лучше разжечься.
– Вовсе нет, – промолвила Лина, отстраняясь, но всё же искренне улыбаясь. – Мне кажется, что сейчас вы впервые были со мной полностью честны. Спасибо за это.
– М–да, – я кашлянул, скрывая неловкость за дымом от сигареты. – Что касается инцидента с Сольницким… если ты решила, что с моей стороны это был некий нарциссизм, то это вовсе не так. Этот фарс был нужен. Погибли Граждане Города–3B3Х, включая нашего Хуана. И было важно показать всем и каждому, что это вопиющие преступление не останется безнаказанным. Было важно показать, что закон на стороне людей, и если Эфес однажды не сможет защитить жизни, то уж точно способен покарать всех, я подчеркну – всех виновных, даже если виновный – член Партии. Доверив же людям выбор судьбы Сольницкого, мы показали, что главный в этом городе пока еще Гражданин.
– Что ж, – заключила Эбберт. – Возможно, вы и «самодурный выпивоха», но непрофессионализм вам не припишешь, это точно.
– Это что, комплимент? – ухмыльнулся я.
– Виновата, товарищ Ликтор, – снова заулыбалась кадет. – Больше не повторится.
Пару минут мы сидели в тишине, доедая сытный завтрак, усмехаясь каждый своим мыслям.