Я стояла не в силах пошевелиться. Внутри меня все медленно рушилось. Все эти годы. Все эти глупые надежды, что он ко мне привык, что ценит меня. Что любит.
Я знала, что выходила замуж по расчету, в уплату отцовского долга. Моя магия была нужна дракону, чтобы подпитывать его. Но я влюбилась в своего мужа и отдавала свою магию без сожаления. Не думая о том, что мне почти ничего не оставалось…
— Я… я принесла тебе пирожки, — наконец выдохнула я, и голос мой прозвучал жалко и сипло.
Он вздохнул так, будто я сказала что-то утомительно очевидное.
— Я вижу, — сказал муж. Потом посмотрел на меня прямо, без тени смущения. — Ну что ж. Раз ты все слышала, сэкономим время. Ты должно быть забыла, но по нашему брачному контракту, через двадцать лет брака я имею право развестись без твоего согласия, если ты не родишь мне сына. И я собираюсь воспользоваться этим правом.
Я стояла и смотрела на человека, с которым прожила двадцать лет. И понимала, что не знаю его совсем.
Горькая насмешка заключалась в том, что я и не могла этого знать. Я пришла в этот мир и в это тело двадцать лет назад, в день когда Сайрус сделал предложение настоящей Алисии. Прежняя Алисия сбежала, бросила этот мир и свое молодое тело, не желая этого брака, но успела подписать брачный контракт, а я… я, задув свечку на своем юбилейном торте в другой жизни, увидела в этом подарок судьбы. Второй шанс. Я так хотела начать все сначала, что с радостью приняла правила этой сказки. И вот теперь сказке пришел конец.
— Иди домой, Алисия, договорим позже, — бросил муж приказным тоном. — Мне нужно работать.
У меня внутри все вскипело от ярости.
— Я вижу как ты работаешь, — зло бросила я. — Уработался весь.
— Давай без истерик, — он взмахнул рукой, призывая меня замолчать.
— Ты хочешь, чтобы я молча проглотила это? — обида буквально душила, злость жгла грудь. — Чего тебе не хватало? Неужели дело в наследнике? Но у нас еще есть время!
Я тут же пожалела о том, что сказала. Прозвучала жалко, будто я готова дать этому мерзавцу шанс все исправить. Заявить, что это все нелепая случайность.
— Есть время? — Сайрус зло усмехнулся. — Посмотри на себя, Алисия, ты старая.
Слова ударили слишком больно, так что у меня перехватило дыхание.
Да, по человеческим меркам я уже немолода. Мне сорок… Я бросила взгляд на стеклянную дверцу шкафа, в темно-рыжих волосах уже было несколько седых прядей, в уголках глаз морщинки и возле губ и на лбу отчетливые линии. Но несмотря на это, я все еще чувствовала себя привлекательной женщиной, и я надеялась, что долгожданный наследник вот-вот получится…