Но оно того стоило. Сейчас происходило самое важное событие в его жизни. Крупная ампула заполненная Мертвой водой висела над деревянным гробом в центре девятиугольник, испещренный готической вязью. От деревянного ящика уже смердело разложением, но стеклянная ампула напитывалась магическим свечением, что развеевало страх перед неудачей.
Та жидкость, что Гелиот слил из медного таза по просьбе Хельги, оказалась уникальной субстанцией. В силу исследовательского любопытства он её скрыл и присвоил себе. Совесть грызла его за банальное воровство, но теперь он благодарил свою жадность за тот малодушный поступок.
Ни один кристалл не мог на долгое время сохранить вырванную из тела душу. А эта жидкость могла! Может и в самом деле это было Мертвая вода? Если это правда и исцеляющая вода из сказок Скив существует, то вполне может статься, что существуют и другие магические субстанции, например Философский камень и Амброзия.
Наконец, монотонный бубнеж магов прекратился и чародейский конструкт, накрывший девятиугольник, лопнул, словно мыльный пузырь. Драгоценная ампула мягко упала на бархатную подушечку заведомо подложную на гроб. Маг в алом балахоне безмолвно шагнул к гробу, поднял подушку со светящейся голубым ампулой и так же безмолвно вручил ее Гелиоту.
Душа мягко пульсировала лазурным светом. «Так вот значит какая душа у Дианы!» — подумал Гелиот вертя в руках стеклянный сосуд. У гомункула, который был перенесен в тело голема до нее, душа была буро-зеленой, точно болотная лужа. Наверное цвет души есть признак ее чистоты. Гелиоту хотелось в это верить.
Механик сидел и крутил в руках стеклянный сосуд. Маги поспешили убраться восвояси. Что-то внутри Неджи призывало не торопиться с помещением Сосуда Души в новое механическое тело. Как к нему отнесется Диана? Как отнесется к отцу? И вообще, как дальше сложится жизнь его дочери?
Поймав себя на скверных опасениях, что таились в закоулках подсознания, Гелиот силой ударил себя по впалым щекам. Его дочь жива! И через минуту, когда он соберется с духом, она обретет новое тело! Да, оно не прежний юный сосуд, что благоухал молодостью и был красив настолько, насколько можно быть красивой только в шестнадцать. Но она будет жива и это главное!
Взяв себя в руки, Гелиот подошел к мраморному столу, на котором лежало механическое тело, созданное по образу юной девушки. Оно было идеальным. Венцом его возможностей и инженерного гения. Тем более подбадривало осознание того, что он в одиночку создал этого механического голема за пять дней.
Отворив трехосным ключом дверцу в груди голема, Гелиот отворил ее и, секунду поколебавшись, вложил в стеклянную колбу с душой дочери в рукотворного механоида. Вывернул тем же ключем стопор, подающий топливо в камеру сгорания и им же завел пружинный механизм.