Почему-то эти простые слова, произнесённые замогильным голосом, меня немного успокоили. Хотя, возможно, идол применил ко мне магию — не знаю. Но на его вопрос я кивнула и даже нашла в себе силы добавить:
— Хорошо. Я готова вас выслушать.
Деревянный водитель повернулся ко мне целиком, забыв об управлении автомобилем.
— Так вот, заключив со мной сделку на новую жизнь, ты отдала мне свою и подтвердила это, вручив в залог личную вещь…
Залог? Залог — это двадцать граммов золота? Пф-ф, ерунда!
— Ой, да забирайте себе эту цепочку с концами! — обрадовалась я. — Мне не жалко. Я согласна лишиться этого залога.
Вообще-то я с украшением ещё в лесу попрощалась, да и не очень-то дорога моему сердцу была эта цепочка. Никакая не память, просто побрякушка из драгметалла.
— Ты не дослушала, но перебиваешь, — недовольно проворчал истукан, и я притихла, затаив дыхание. А он продолжил: — Личная золотая вещь навсегда сохраняет след твоей ауры и является нерушимой печатью. То есть, вручив мне печать, ты поклялась, что отдашь долг. Разве ты не знала?
А это что ещё значит? Холодок неприятного предчувствия вернулся и опять пробежал по телу, поднимая тонкие волоски.
— А незнание освобождает от ответственности? — спросила с надеждой и для пущей верности помотала головой, сообщая, что ничегошеньки не ведала.
Конечно, я ничего не знала! Бабуська мне и слова не сказала про какие-то там долги!
— Нет, не освобождает, — отрезал истукан деревянным голосом.
Он был очень убедителен, и я прикусила щёку, чтобы не впасть в панику.
— Вы меня теперь убьёте? — прошептала онемевшими губами.
Внутри всё похолодело, и двигались они плохо. Отдать жизнь в залог — это ведь смерть, если я всё правильно понимаю. Неужели всё? Конец?
— Зачем бы мне это делать? — удивился монстр. — Я требую отдачи долга исключительно для своей выгоды, а какой мне прок с тебя мёртвой?
Я растерянно похлопала глазами. Да мне-то откуда это знать?
— Может, вы душами питаетесь? — предположила я.
— Нет, я же не демон какой-то, — возмутился деревянный идол.
— А кто? — уточнила я.
От осознания нереальности разговора страх понемногу отступал, и я смогла задавать логичные вопросы.
— Удивительной глупости ты женщина, Дарья. Пошла с просьбой неведомо к кому, толком не узнав, чем тебе это грозит, — осудил меня древний истукан и даже покачал головой. Но тут я с нелюдем была согласна, поэтому даже не возмутилась. — Святодар-кудесник я. Могу одарить любым чудом, но за плату. Теперь ты будешь на меня работать, пока не выплатишь долг.
И всего-то? Мне прямо полегчало! Я не бедствовала — владела тремя салонами красоты и не пугалась слова «выплата».