Дерьмо! Магическая карточка, свидетельство ее измены, вспыхнула и рассыпалась пеплом в руках. Глаза заволокла кровавая пелена – зверь во мне жаждал расправы с ней и с ее любовником.
Я берег Леонсию до свадьбы, не переходил черту. Ухаживал, дарил подарки, которая она принимала со скромностью, присущей невинной девице. Говорила, что ей никто не нужен, кроме меня, и смотрела глазами преданной лани.
Это была слишком легкая добыча, но, с другой стороны, ничего необычного. Я привык, что женщины готовы запрыгнуть в мою постель по щелчку пальцев, поэтому щебет влюбленной девицы воспринял как должное. Красивая мордашка, соблазнительные сиськи и задница, тихая и скромная, – что еще нужно мужчине от той, что будет рожать ему детей?
Как оказалось – ошибался.
Эта дрянь провела всех, интересовал ее не я, а вообще какой-то левый мужик. Настолько, что она посмела кувыркаться с ним в собственном особняке, не боясь родителей. Родные открестились от нее, как только я отправил им вестника с требованием забрать непутевую дочь.
Ожидаемо?
Вполне.
Прикрыв глаза, попытался унять первородное пламя, чтобы не спалить все к чертям, как случилось недавно с этими гребаными розами, украшавшими холл.
Она получила то, что заслужила. Должна была осознавать последствия, когда раздвигала ноги перед любовником. Ее отца с матерью я в чем-то понимал: у них подрастают две младшие дочери, прими они Леонсию обратно – позор неминуемо ляжет на всю семью. Кому нужны девицы, которых родители не могут удержать в руках до свадьбы?
Прошение о разводе подам королю завтра же с утра. Адиан, конечно, посмеется надо мной, но уверен, развод даст. Дальше – не моя печаль, с этой гнилой семейкой я закончил. И, пожалуй, с идеей женитьбы тоже.
Останется только найти того ублюдка, что трахал девчонку. Губы сами собой растянулись в жесткой предвкушающей усмешке. Он еще не знает, что подписал себе смертный приговор – драконы обид не прощают.
– Господин, – в кабинет, стыдливо пряча глаза, вошел дворецкий. – К вам приехала леди Мариэла.
Вот даже как… Откуда только узнала?
Я отдалил от себя любовницу перед свадьбой. Как и положено, дал отступных: оставил за ней на месяц особняк, в котором мы встречались, положил щедрую сумму денег на счет. С ее талантами был уверен: и месяца не пройдет, как она найдет себе нового покровителя.
Мог бы оставить все как есть, но в последнее время Мариэла стала слишком многое себе позволять. Несколько раз пыталась истерить и качать права, особенно когда узнала, что я женюсь.
– Проси.
– Ксавер, милый, я приехала, как только узнала, – девушка, вошедшая в кабинет, плавно покачивая бедрами, направилась ко мне. Шелк тонкого платья красиво облегал стройные ножки на высоких каблуках. Пальчики с алыми ноготками нырнули под рубашку, проходясь по коже дразнящей лаской.