— Ты, конечно, прав, — Я кивнул, — но ведь речь идет не о дворянине, а о том, кто прикрылся статусом переговорщика и решил вероломно ударить в спину. Или хочешь сказать, что все было не так? У меня достаточно доказательств, и если придется, я с удовольствием предоставлю их всем желающим. Сам подумай, придет к какому-нибудь королю переговорщик, да и взорвет его ко всем чертям. Никто не захочет так рисковать, так что меня еще будут просить сделать казнь твоего сыночка публичной, чтобы все вспомнили, что есть правила, которые нарушать нельзя. Так что подумай еще раз, гетман, что тебе важнее, твой сын или король, который, кстати, до сих пор не отреагировал на проигрыш его же армии, — сказав это, я отошел назад и уставился на Суворова.
Тот смотрел на Ходкевича не отрывая взгляда, сам же гетман явно мучился, пытаясь выбрать, но выбор был очень сложным. Даже интересно, перевесит клятва или же все-таки отцовская любовь?
Несколько минут спустя.
— Хорошо, я согласен на ваше предложение, — глухо произнес Януш, — но мне нужны гарантии. Мой сын должен выжить в любом случае, — говоря это, гетман смотрел на меня не мигая, — ты можешь это обеспечить, Бестужев?
— Могу, — Я спокойно кивнул, — и сделаю это, конечно, если ты, гетман, сделаешь то, что нужно нам.
— Сделаю, — медленно кивнул Ходкевич, после чего прикрыл глаза.
Было видно, что это решение далось ему очень сложно, все же, несмотря на все свои минусы, Ходкевич искренне служил королевству. Жаль только, что это никто не оценил, впрочем, это сыграло нам на руку.
— Ты свидетель, Сан Саныч, — Я глянул на Суворова, и тот кивнул.
Я же повернулся к Ходкевичу и коротко рассказал свой замысел. Учитывая количество пленников в наших руках, возвращать им оружие никак нельзя, да и освобождать их мы будем избирательно. А потащим мы эту толпу к Варшаве для того, чтобы жители и шляхта видели, у них есть два варианта: либо сдаться и оказаться в плену на относительно недолгое время, или же драться и погибнуть непонятно за что.
Ходкевич слушал мой монолог и просто кивал, видимо гетман, смирившись со своей долей, решил больше не показывать свой характер. Закончив же короткий инструктаж, я достал из пространственного кармана блокираторы силы, выполненные в виде браслетов, и нацепил их на руки гетмана. Как говорится, от греха подальше. Дополнительные возможности, полученные им от Алой, уже исчезли, но даже так у него был ранг архимагистра, а значит, при случае мог натворить немалых бед. Нам такого счастья не надо.