— Я принимаю эту корону, — дрогнувшим голосом произнес Дмитрий, уставившись в камеру, — точно так же, как принимаю ваше королевство в империю. Таково мое слово!
Густав улыбнулся, кивнул и развернулся опять к объективам.
— С сегодняшнего дня я более не король. С сегодняшнего дня я простой человек. Всю свою жизнь я старался действовать на благо страны, и надеюсь, мое последнее решение приведет к тому, что наш народ станет жить еще лучше. Это будет главной для меня наградой.
После этих слов теперь уже точно бывшего короля зал взорвался овациями. Прямо сейчас в каждом доме королевства простые люди, дворяне, маги, все они услышали главное. Шведского королевства больше нет. Теперь оно часть империи, часть чего-то большего!
Москва. Императорский дворец.
Когда речь теперь уже бывшего короля закончилась, государь позволил себе слабую улыбку. Сын сделал все правильно. Теперь весь мир будет знать, ударить империю значит получить в своей столице войска, способные стереть любого врага. Найдутся ли еще такие глупцы? Василий был уверен, что да. Человеческая память, увы, не так крепка, как хотелось бы. Впрочем, это все вопросы далекого будущего. А пока что империи предстоит тяжелая работа по интеграции в себя еще одного этноса. Благо такой опыт у империи есть. Прямо сейчас готовятся команды людей, что будут работать на территории бывшего королевства, и лет через двадцать она будет просто еще одним губернаторством, только и всего…
Лондон. Императорский дворец.
В тронном зале воцарилась тишина. Только что шведское королевство перестало существовать. Густав собственной рукой подписал отречение и этот проклятый богами манифест, а значит, сдать назад уже нельзя. Нет, если постараться, можно, но это слишком сложно, слишком дорого, да и слишком опасно, чего уж греха таить. Эдуард смотрел на своих лордов, на тех, что обязаны были не допустить этого, но все же допустили.
— Поздравляю, господа, — иронично усмехнувшись, произнес император, — мы сели в лужу. Какой уже это по счету раз за последние месяцы? Впрочем, это не так уж и важно. Швецию мы потеряли. Возможно, в будущем получится изменить это, отыграть все вспять, но здесь и сейчас партия проиграна. Русские оказались умнее, они оказались лучшими хищниками, чем мы думали, — после этих слов король встал с трона и направился к выходу под гробовое молчание.
Никто ничего не говорил, потому что в этом не было никакого смысла. Партия и впрямь проиграна, и проиграна с треском. Осталось лишь отдать приказ флоту на возвращение. Начинать войну с Российской Империей сейчас было не нужно.