Пытаюсь говорить по слогам, но чувствую вторжение внизу. Не резкое, нет. Он приставил
головку к моей промежности.
– Давай да…
Еле дышу. Всё ещё пытаюсь сопротивляться, но я будто придавлена могильной плитой. Ни
вправо, ни влево, ни вниз, ни вверх…
Он не заходит. Обхватывая член давит и водит по всей моей промежности, собирая предательски
выступившую влагу. Её так много, что я примерно понимаю, о чём он говорил. Но это абсурд!
Почему тело так реагирует?
Не успеваю я закричать, он слегка опускается и всасывает мой сосок в рот. От этого чувства
у меня внизу зарождается апокалипсис. Всё зажимает в тиски. Я дрожу и сипло пищу какие-то
молитвы себе под нос, потому что меня скручивает и разрывает от этого. А он не щадит. Он
только наращивает темп своих движений и внезапно… Со всей дури врывается в моё нутро своим
огромным членом. До такого вскрика, что от него могут потрескаться все стёкла…Я просто падаю
в пропасть, разбиваясь при этом на осколки…
Я теперь ему принадлежу…
Демид Григорьев (Гриша)
Машка надсадно дышит и единожды вскрикивает, вонзая ногти в мои плечи. Дерёт меня
натуральным образом, но не плачет. Вообще после ни звука не издаёт, только странные всхлипы,
пока я пытаюсь протиснуться в её узкую щель.
– Расслабляйся давай! – рычу на неё, прибивая одну руку к подушке. Второй пусть царапает,
если ей так легче терпеть.
– Мне больно!
– Потому что напряглась больно, дура.
– Потому что ты рвёшь меня, идиот! – выпаливает она, а мне её придушить хочется. За каждое
оскорбление глубже вогнать, чтобы заныла.
– Маша, – шиплю ей в лицо, сжимая шею. – Или расслабляйся, или будет дико больно. Поняла?
Прекрати зажимать меня ногами. Дай мне трахнуть тебя. Это будет быстро. У меня давно не было
женщины.
– Ты издеваешься?! – рычит она в ответ, отталкивая меня ладонями. Мой член в ней примерно
на первые восемь сантиметров. Остальные пятнадцать всё ещё ждут разрешения войти и разорвать
препятствие в виде её плевы.
– Видимо, ты плохо поняла, – я обхватываю её бедро рукой и сильнее приподнимаю ногу,
поджимая её к телу. – Сегодня ты станешь моей при любом раскладе. Хочешь, не хочешь. Даю
пятнадцать секунд. Если не расслабляешься – возьму силой.
– Демид, мне больно. Реально…