— Ни рук, ни ног не чувствую, — пожаловался он.
— Устал или замерз?
Иван задумчиво посмотрел на оплавленную проволоку на рукаве и шумно выдохнул:
— Устал. И замерз. Все сразу.
Я передал ему свой термос с чаем, снял варежку и легонько похлопал Саню по щеке. Тот даже не шелохнулся.
— Что с ним? — спросил Грачев.
— Передоз схватил, — решил я. — Тело в порядке, просто защитная реакция сознания. Слишком близко к эпицентру выброса оказался.
— А мы?
— Сходишь в госпиталь — узнаешь, — буркнул я и с бутылкой самогона склонился над раненым. — Голову ему подними…
После того как Иван выполнил распоряжение, я скрутил крышку и всунул горлышко в рот чародея. Тот инстинктивно сглотнул раз, другой, а потом глаза его вдруг распахнулись и расширились самым невероятным образом. Саня резким толчком оттолкнул меня и согнулся в приступе кашля.
— Можно подумать, можно подумать… — фыркнул я и приложился к полупустой бутылке. — Самогона никогда не пил?
— Какого хрена! — выдал Саня. — Что за гадость⁈
— Не хочешь спросить, что с нами случилось? — спросил я и сделал очередной глоток. Голова закружилась, но зато начал отступать холод.
— А можно мне? — потянулся к бутылочке Иван.
— Чай пей.
Саня подтвердил:
— Лучше даже не пробуй. Чистый яд. А с нами… С нами все хорошо, так?
— Ведьмам не столь повезло, факт, — хохотнул Иван.
Я поморщился:
— Еще бы знать, где этих двоих носит…
И тут с улицы послышалось знакомое стрекотание снегохода.
Иван сорвался с места и засел с ружьем в темном углу, а я оттащил чародея за машину, сам занял позицию неподалеку.
Шум двигателя приближался, и теперь уже не оставалось никаких сомнений, что едут именно сюда. Но кто именно едет?
Кто — вот вопрос…
Клондайк. Вроде бы и все
Суббота
Я ожидал увидеть, что на месте взрыва все разрушено, и ошибся — все стояло на своих местах, разве что стены цеха были полностью покрыты синеватым инеем, пробитым местами жгучей плесенью. А от цеха медленно, но решительно брели ледяные ходоки — и в белых маскхалатах, и в разномастной одежде бандитов. Не к нам брели, а кто куда. Какая‑то четвероногая голенастая тварь с опущенной к самой земле уродливой башкой трусцой выбежала из‑за здания конторы, облепленного инеем только с одной стороны, и вполне решительно поскакала к нам, при этом глаза ее засветились тусклым синим светом.
— Это что там? — поразился я.
— Да хрен его знает, вали давай отсюда! — крикнул Дмитрий. — Давай никаких опытов проводить не будем!
Тварь бежала резво, но снегоход все же был резвее. Однако следа она не потеряла, так что опять пришлось прибегать к тактике «рубки хвоста» — я остановил машину, развернув ее поперек, а мы с Дмитрием спрыгнули с седла, положив на него карабины как на упор. Затем я быстро‑быстро набил магазин «пустышками», а первой вообще воткнул «тормоз» — пулю с пентаграммой.